ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Восемьдесят два года, умирая в реанимации, Александр Иванов жалел об одном: он так и не стал учёным. Жизнь свернула его в медицинский бизнес, а мечты о космосе и открытиях остались в детстве. Последня... Второй Шанс Аргус-Н, MaryJuta Восемьдесят два года, умирая в реанимации, Александр Иванов жалел об одном: он так и не стал учёным. Жизнь свернула его в медицинский бизнес, а мечты о космосе и открытиях остались в детстве. Последняя мысль — о втором шансе — обрывается вместе с сердцем. Он приходит в себя в июле 1967 года, в теле шестнадцатилетнего Саши, чьё сознание вытеснило велосипедная авария. Вокруг — советский Пущино, кирпичные брежневки, запах борща с чесноком и страна, где наука принадлежит государству, а частный бизнес — уголовщина. Взрослый разум в юном теле видит то, чего не замечал подросток: завистливый брат, манипулирующая подруга, девушка, которую он когда-то предал. Но главное — он помнит, какой наука станет через полвека, и понимает: у него есть время изменить всё, пока мир не изменился сам. Только сначала придётся выжить в школе, не выдать себя в эпоху, где за неосторожное слово — вылет из института, а за чужое имя — куда страшнее. Глава 1 Конец и вновь начало! 2044 год. Частная больница, палата реанимации Знойное лето, достаточно резко, сменилось ненастьем и промозглостью сентября. Ставшие редкими, теплые денечки, со скупостью бывалого скряги, выдавали отведенную для осени норму. Сквозь небольшое окно мрачной палаты, словно украдкой, струился тусклый солнечны

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Второй Шанс

Аргус-Н, MaryJuta

Восемьдесят два года, умирая в реанимации, Александр Иванов жалел об одном: он так и не стал учёным. Жизнь свернула его в медицинский бизнес, а мечты о космосе и открытиях остались в детстве. Последняя мысль — о втором шансе — обрывается вместе с сердцем. Он приходит в себя в июле 1967 года, в теле шестнадцатилетнего Саши, чьё сознание вытеснило велосипедная авария. Вокруг — советский Пущино, кирпичные брежневки, запах борща с чесноком и страна, где наука принадлежит государству, а частный бизнес — уголовщина. Взрослый разум в юном теле видит то, чего не замечал подросток: завистливый брат, манипулирующая подруга, девушка, которую он когда-то предал. Но главное — он помнит, какой наука станет через полвека, и понимает: у него есть время изменить всё, пока мир не изменился сам. Только сначала придётся выжить в школе, не выдать себя в эпоху, где за неосторожное слово — вылет из института, а за чужое имя — куда страшнее.

Глава 1 Конец и вновь начало!

2044 год. Частная больница, палата реанимации

Знойное лето, достаточно резко, сменилось ненастьем и промозглостью сентября. Ставшие редкими, теплые денечки, со скупостью бывалого скряги, выдавали отведенную для осени норму.

Сквозь небольшое окно мрачной палаты, словно украдкой, струился тусклый солнечный свет. Пожилой мужчина умирал. Всего неделю назад, ему исполнилось восемьдесят два года. Длинный жизненный путь подходил к своему естественному финалу. Лежа на больничной койке, он все еще пытался бороться с упрямой судьбой и размыкая почти бескровные уста, жадно вдыхал каждый глоток, прекрасно осознавая, что он может стать последним. Дышать становилось все труднее. Его легкие и бронхи издавали жалобные, словно скулящие, хрипы и протяжный, не предвещающий ничего хорошего, свист. Мужчина никогда не курил, и, будучи человеком образованным, к тому же имеющим высшее медицинское образованием, он прекрасно понимал, что это признаки слабеющего сердца. Оно истощило свой жизненный запас и скоро остановится совсем.

Его отяжелевшие веки, были сомкнуты и лишь, периодически подрагивающие, белесые ресницы указывали на то, что он еще жив. В затуманенном сознании, сумбурно и хаотично, проносились картины его жизни. Самые яркие эпизоды: раннего детства, отрочества, юности и зрелости. Как человек аналитического склада ума, много лет занимавшемуся и научной работой, и медицинским бизнесом, а также будучи материалистом, никаких иллюзий о том, чем заканчивается жизнь у него не было.Он прекрасно сознавал, что никаких: реинкарнаций, перерождений, дальнейшего пути после смерти его мозга — не будет. Все закончится банально: деревянным ящиком, могильной ямой и тленом. И от этой мысли ему было не по себе.