ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Свет благословляет. Паладин не выбирает. Паладин следует уставу. Идеальный солдат, ставший магистром Ордена. Вдолбленный кодекс поведения, закреплённый магией. Никаких сомнений, никаких ошибок и… ник... Виль Мизантроп Свет благословляет. Паладин не выбирает. Паладин следует уставу. Идеальный солдат, ставший магистром Ордена. Вдолбленный кодекс поведения, закреплённый магией. Никаких сомнений, никаких ошибок и… никакой свободы. Когда Скверна пришла в его мир, он исполнил свой долг и погиб вместе со всеми. Но это был ещё не конец. Теперь он — Артур Виль, малолетний наследник потерявшего былое величие дома. Внутри больше нет Света, вместо него возвращаются негативные эмоции смертных. Это не история о непобедимом паладине. Это история о том, как безжалостное оружие учится быть человеком. Ему предстоит строить, торговать, воевать и учиться самому главному — быть человеком. Потому что впервые в жизни, у него есть право выбора. Глава 1. Пролог. Гибельные земли. 42 год от пришествия скверны. «Последний оплот». — Ах ты ж сука! — коренастый бородач ловко рубанул топором по лапе с неестественно длинными когтями, которая намертво вцепилась в край крепостной стены. Добрая освящённая сталь издала лишь жалобный скрежет, не в силах совладать с туго переплетенными багровыми жилами. — Х-ш-ш-ш, — зашипела тварь, резко подтянулась и свободной рукой наотмашь хлестнула когтями по телу защитника, вспоров стальной нагрудник словно бумагу. — Свет! Очисти скверну! На помощь раненому наконец подоспел в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На вершине бастиона, окруженной высокими зубцами, Алрик отослал часового сторожить вход внизу.

— Возьми щит и копье, — наставник указал на стойку с оружием, укрытую тряпьем. — Посмотрим, насколько ты забыл мои уроки. Хотя… потеря памяти не слишком на тебе скажется — ты их и так ни хрена не помнил. — Он зло усмехнулся. — К манекену! Поднять щит! Приготовить копьё к бою!

Маркус выполнил команду. Он выставил щит и взял копье под правильным углом — так, как учили еще в орденской академии. Четкими шагами, прикрываясь щитом, он двинулся к манекену.

— Голова! Грудь, прикрыться! Шея! Прикрыться! Из-под щита! Выпад! Выпад!

Маркус бил точно туда, куда приказывал наставник. Ощущения были странными. Ни копье, ни щит он не использовал, наверное, лет сорок — с тех пор как закончил академию. Копье и щит — отличное оружие для строя, но не для паладинов, которые часто сражались в одиночку. Копье ограничивало в ближнем бою, атаки были предсказуемы. Другое дело — строй обученных копейщиков, к которым сложно прорваться. Паладины же были командующими офицерами, которые в самый тяжелый момент боя вихрем врубались в ряды врага, сея панику. Закованные в светозарную броню, почти неуязвимые для обычного оружия, они доминировали на поле боя. Основным их орудием служил двуручный меч, реже — топор или алебарда. Сам Маркус слыл истовым фанатиком именно двуручного меча, и верность этому стилю не раз спасала ему жизнь.

— Стоп! — сир Алрик резко оборвал упражнение, недоуменно разглядывая мальчишку.

Капитан обучил воинскому мастерству немало новобранцев, но сейчас впервые оказался в тупике. Мальчишке было просто нечего подсказывать. Каждый удар пацана был выверен, вложен корпусом. Щит держался ровно, без перекосов. Выпады из-под щита — короткие, точные. Артур ни разу не открылся, не оставил бреши в защите.

— Артур, демон тебя подери! Надо было давно как следует врезать по твоей тупой башке. Сколько нервов бы себе сберег! — покачивая головой, Алрик взял со стойки второй комплект. — На позицию!

Капитан решил испытать воспитанника спаррингом. Обычно такой чести удостаивался лишь оруженосец, и то не сразу, но сейчас в Алрике проснулся личный интерес. Нужно было понять, как учить парня дальше.

Удар, блок щитом. Еще удар. Пацан четко держал дистанцию, не позволяя капитану использовать преимущество длинных рук, но и не сближаясь для опасного клинча. Он не велся на обманные движения, не бросался в якобы провалившуюся оборону, не поддавался на провокации. Щит двигался, перекрывая все выпады. Каждый ответный укол вкладывался корпусом, отчего сила ударов ощутимо росла. Но удивительнее всего была работа ног: идеальный баланс, ни одного лишнего движения, полный контроль каждого шага.