А после ввинтился в меня пробирающим до костей тяжелым взглядом и, слегка прищурившись, кивнул.
— Настя, иди к подружкам, — дернул он подбородком в сторону крыльца. — Нам с твоим рыцарем немного поболтать надо. Да, рыцарь? — и подмигнул Харитонову издевательски, явно провоцируя его сделать так, как он хочет.
И добился своего.
— Да, Насть, иди. Я этому..., — сплюнул на землю, — сейчас растолкую по красоте, что здесь ловить нечего, и приду к тебе.
— Макс!
— Иди, сказал.
Черт!
Еще толпа эта. Арямкина чуть в обморок от любопытства не упала. Узнала «папика».
— Ладно, — не глядя на нежеланного визитера, согласилась я, затем прошлась пальцами по запястью Максима и с мольбой посмотрела в его налитые яростью и кровью глаза, умоляя безмолвно только об одном — быть умнее.
А дальше на деревянных ногах двинула к крыльцу, где меня тут же обступило море захлебывающихся от восторга девчонок. Это же надо! Целое кино! Два воина схлестнулись за сердце юной принцессы, в надежде получить полцарства. Такой бред...
Еще и Катька подкидывала в уже раскочегаренную печь абсурда новую порцию сухого хвороста.
— Это же он, Тась! Тот мужик из лифта, да? Ой, мать! Он же влюбился в тебя с первого взгляда! Господи, какая же ты счастливца! Золотой билет вытянула, не напрягаясь! Все, считай, с этого дня, как сыр в масле кататься будешь, к гадалке не ходи. Вон у него какая тачка крутая. И букет стоит столько, сколько многие в месяц не зарабатывают. Тась! Ну, Тась! Ну, поздравляю! Можешь начинать вещи паковать, а я тебе даже помогу, хоть и завидую страшно...
— Кать, — оборвала я поток сознания подруги на полуслове.
— Что?
— Я Максима люблю.
— Ну, все понятно, — отмахнулась от меня девушка и закатила глаза. — Дурка на проводе. Палата номер шесть, пациент — Жанна д’Арк.
Это песня хороша, начинай сначала...
Но я ее уже не слушала. Я вся сосредоточилась на том, что происходило всего в паре десятков метров от нас. Сергей все так же флегматично курил, пожимал плечами и что-то спокойно пытался объяснить Максиму. А тот, в свою очередь, лишь в бессилии сжимал и разжимал кулаки, то и дело резко и агрессивно подаваясь на мужчину, которому было глубоко плевать на все эти угрожающие телодвижения.
Еще несколько секунд пролетели яркой вспышкой. Теперь уже Максим что-то быстро и жёстко говорил, активно и враждебно жестикулируя, а Сергей же только кивал и слушал не перебивая.
Затем повернулся ко мне. Подмигнул с плутоватой улыбкой.
Всучил свои цветы проходящей мимо женщине.
Сел в тачку и уехал.
Толпа, повздыхав разочарованно, что мордобоя так и не случилось, начала разбредаться по своим делам. Катька, обидевшись на мою «недальновидность» тоже потопала в нашу комнату. Я же осталась стоять на крыльце, смотря на то, как режет шаг ко мне Харитонов.






