ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

БЕСТСЕЛЛЕР! В беспощадном мире московской элиты правят миллиардеры, чья воля ломает всё на своём пути. Сергей Панарин - один их них. Когда его взгляд падает на Настю, наивную студентку из сибирской... У тебя нет выбора Даша Коэн БЕСТСЕЛЛЕР! В беспощадном мире московской элиты правят миллиардеры, чья воля ломает всё на своём пути. Сергей Панарин - один их них. Когда его взгляд падает на Настю, наивную студентку из сибирской глубинки, её жизнь превращается в жестокую игру, где правила диктует только он. Её отказ для него — пустой звук, вызов, который он намерен сломить. Девушка, чья душа ещё не испорчена блеском столицы, сопротивляется, но Сергей не привык проигрывать. Его одержимость не знает границ, а её свобода становится разменной монетой в его безжалостной погоне за удовольствиями. Сможет ли Настя выстоять перед человеком, не знающим слова "нет", или ее проглотит и выплюнет этот мир больших денег и вседозволенности? У тебя нет выбора У тебя нет выбора Даша Коэн Пролог Настя — Простите, пожалуйста, но мы проскочили поворот. Я обеспокоенно закрутила головой, глядя на то, как стремительно пронесся автомобиль мимо станции метро «Парк Победы» вдоль по Кутузовскому проспекту и погнал на выезд из города, игнорируя ограничения скорости и правила дорожного движения. Водитель, огромный шкаф два на полтора, даже не дернулся, чтобы притормозить, и упорно хранил молчание. Точно так же, как и его напарник-мордоворот, что сидел рядом на пассажирском сидении. Они оба только равнодушно взи

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А после ввинтился в меня пробирающим до костей тяжелым взглядом и, слегка прищурившись, кивнул.

— Настя, иди к подружкам, — дернул он подбородком в сторону крыльца. — Нам с твоим рыцарем немного поболтать надо. Да, рыцарь? — и подмигнул Харитонову издевательски, явно провоцируя его сделать так, как он хочет.

И добился своего.

— Да, Насть, иди. Я этому..., — сплюнул на землю, — сейчас растолкую по красоте, что здесь ловить нечего, и приду к тебе.

— Макс!

— Иди, сказал.

Черт!

Еще толпа эта. Арямкина чуть в обморок от любопытства не упала. Узнала «папика».

— Ладно, — не глядя на нежеланного визитера, согласилась я, затем прошлась пальцами по запястью Максима и с мольбой посмотрела в его налитые яростью и кровью глаза, умоляя безмолвно только об одном — быть умнее.

А дальше на деревянных ногах двинула к крыльцу, где меня тут же обступило море захлебывающихся от восторга девчонок. Это же надо! Целое кино! Два воина схлестнулись за сердце юной принцессы, в надежде получить полцарства. Такой бред...

Еще и Катька подкидывала в уже раскочегаренную печь абсурда новую порцию сухого хвороста.

— Это же он, Тась! Тот мужик из лифта, да? Ой, мать! Он же влюбился в тебя с первого взгляда! Господи, какая же ты счастливца! Золотой билет вытянула, не напрягаясь! Все, считай, с этого дня, как сыр в масле кататься будешь, к гадалке не ходи. Вон у него какая тачка крутая. И букет стоит столько, сколько многие в месяц не зарабатывают. Тась! Ну, Тась! Ну, поздравляю! Можешь начинать вещи паковать, а я тебе даже помогу, хоть и завидую страшно...

— Кать, — оборвала я поток сознания подруги на полуслове.

— Что?

— Я Максима люблю.

— Ну, все понятно, — отмахнулась от меня девушка и закатила глаза. — Дурка на проводе. Палата номер шесть, пациент — Жанна д’Арк.

Это песня хороша, начинай сначала...

Но я ее уже не слушала. Я вся сосредоточилась на том, что происходило всего в паре десятков метров от нас. Сергей все так же флегматично курил, пожимал плечами и что-то спокойно пытался объяснить Максиму. А тот, в свою очередь, лишь в бессилии сжимал и разжимал кулаки, то и дело резко и агрессивно подаваясь на мужчину, которому было глубоко плевать на все эти угрожающие телодвижения.

Еще несколько секунд пролетели яркой вспышкой. Теперь уже Максим что-то быстро и жёстко говорил, активно и враждебно жестикулируя, а Сергей же только кивал и слушал не перебивая.

Затем повернулся ко мне. Подмигнул с плутоватой улыбкой.

Всучил свои цветы проходящей мимо женщине.

Сел в тачку и уехал.

Толпа, повздыхав разочарованно, что мордобоя так и не случилось, начала разбредаться по своим делам. Катька, обидевшись на мою «недальновидность» тоже потопала в нашу комнату. Я же осталась стоять на крыльце, смотря на то, как режет шаг ко мне Харитонов.