ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Начало 90-х. Передел собственности. Юра против воли оказывается втянут в борьбу за крупный металлургический комбинат. Его близкие люди в опасности и он не может остаться в стороне. Отморозок 12 Андрей Поповский Начало 90-х. Передел собственности. Юра против воли оказывается втянут в борьбу за крупный металлургический комбинат. Его близкие люди в опасности и он не может остаться в стороне. Глава 1 Глава 1 Ноябрь 1992 года. Москва. Капотня. Складской комплекс в Капотне представлял собой несколько длинных бетонных коробок, зажатых между промзоной и железнодорожной веткой. Мокрый снег таял, едва коснувшись земли и превращался в грязную талую воду. Между бетонными корпусами еле ползали грузовики, и сновали, гремя вилами на стыках, раздолбанные электрокары. На разгрузочных пандусах кипела обычная складская жизнь. В стоящих на разгрузке фурах, грузчики таскали и укладывали коробки или мешки на деревянные поддоны, после чего электрический погрузчик забирал полный поддон и увозил его в один из темных провалов. Игорь Ким сидел рядом с водителем в рабочей синей наглухо тонированной «девятке» и внимательно смотрел на открытые ворота склада Манукяна. Неделю назад он сопроводил на этот склад пришедшую фуру, доверху набитую обувью. Товар разгрузили быстро, и пустая фура уже через два часа ушла со склада. Самвел пообещал полностью расплатиться через неделю и это было в порядке вещей. Они вместе работали полгода и это была уже пятая поставка товара. Если в первые два раза расчет шел по схеме

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На родителей давить бессмысленно. Дед старый и больной.

Потапов криво усмехнулся.

— Старый и больной…

Игнатов заметил интонацию.

— Что?

— Мне только что напомнили, насколько он старый и больной. Потапов подошел ближе.

— Мне позвонил Вахо. Потом еще один человек. От Смирнова.

Игнатов нахмурился.

— Кто?

— Неважно кто. Важно, что позвонил и поверь, я совсем не обрадовался этому звонку.

Игнатов несколько секунд думал, потом покачал головой.

— Быстро.

— Вот именно, Володя. Быстро.

Потапов прошел к креслу, но не сел.

— Ты хоть понимаешь, что наделал?

— Понимаю.

— Нет. Ни хрена ты пока не понимаешь.

Потапов ткнул пальцем в его сторону.

— Еще этим утром у меня была одна маленькая проблема. Какая то долбанная журналистка. с длинным носом, собиралась написать статью про дела давно минувших дней.

Потапов замолчал, а потом взорвался

— Да и хуй бы с ней, с этой статьей. Не такой же, блядь, ценой! К вечеру ты сделал так, что мне звонит Каладзе и требует вернуть трехлетнего ребенка. Следом звонят большие шишки из ГРУ. Завтра этим заинтересуется вся редакция «Огонька». Потом дойдет до самого верха…

Игнатов спокойно сказал:

— До завтра девочка должна была быть дома.

— Должна была?

— Да.

— А Смирнова?

— Отказалась бы от статьи.

— Ты уверен?

— После первого звонка она выполнила все, что ей сказали.

— Конечно, блядь, выполнила, потому что у тебя ее дочь!

— Да, именно поэтому. — спокойно кивнул Игнатов.

Потапов несколько секунд смотрел на него.

— Значит, по-твоему, все было хорошо рассчитано?

— По задаче — да.

— По задаче…

Игнатов наконец сел в кресло.

— Вы сказали найти аргумент, который заставит ее саму отказаться от статьи.

— Я сказал найти аргумент, а не похищать ее ребенка.

— Вы отдельно запретили трогать саму Смирнову.

— И ты решил, что трехлетняя дочь под запрет не попадает?

Игнатов не ответил сразу.

— Я решил, что это будет несколько часов. Без насилия. Без травм. Без публичного скандала.

— Ребенка украли из детского сада, Володя.

— Она не испугана. С ней опытная надежная женщина. Ее кормят, с ней играют. Смирнова слышала ее голос.

— Какая разница?

— Для меня есть.

Потапов посмотрел на него внимательнее.

— Для тебя?

— Да.

— Какая?

Игнатов помолчал.

— Я в любом случае не собирался причинять ей вред.

Потапов усмехнулся без веселья.

— Очень благородно.

— Я не говорил, что благородно.

— Тогда что ты говоришь?

— Что ребенок был рычагом. Не целью.

В комнате стало тихо. Потапов подошел к окну и отодвинул край шторы. Во дворе было уже темно. У подъезда стояла женщина, рядом с ней мальчишка с санками.

Он отпустил штору.

— У меня ведь тоже есть дочь, Володя.

Игнатов поднял глаза.

— Знаю.

— Ты почему-то забыл об этом, когда решил, что дети теперь тоже аргумент.

Игнатов ничего не ответил. Потапов вернулся к столу.

— Все. Операцию сворачивай.