Взрывы, пламя, мои снаряды и пули Вики — а она снова начала приобретать первоначальный вид, потихоньку желтеть. Это у нее что — самовосстановление началось? А как такое возможно? Нет, такую бросать просто так нельзя. Не знаю где, не знаю пока как, но это надо использовать. Меч заскрипел, вскрыл грудину в том месте, где я чувствовал пульсацию силы. Ее источник уже рядом. Теперь надо не оплошать. До этого я вскрывал тварей лишь животного подвида: ядоплюев, стеноломов, камнерогов. С такой мне приходится сталкиваться впервые. Ну ничего, справимся и в этот раз.
Спускаюсь вниз. Пора приступать — чем раньше извлечешь ядро из мертвого тела, тем больше энергии из него можно извлечь. Тут лучше действовать сразу. Монгольская сабля срезает куски белой плоти, связки, мышцы — все это не интересно. Ядовитые железы разлетелись вместе с головой твари, и все же следует быть осторожным. Костей внутри тела у твари нет, так что разделка происходит достаточно быстро. Саблю я отбросил, почувствовав пульсацию силы уже совсем рядом. Достав кинжал, я начал аккуратными скупыми движениями осторожно срезать тонкие пластинки мышц, окружавших ядро. Наконец, в глубине тела увидел пульсацию — золотисто-желтое ядро, похожее чем-то на раздавленную сливу. Оно светилось мягким лучисто-золотым светом, неожиданно согревающим своими прикосновениями. Я даже растерялся немного: тварь, убившая тысячи людей, а внутри у нее горит маленькое солнышко. Как такое может быть? Но я осторожно срезаю золотистые нити нервов, соединявших источник с телом, постепенно освобождая его. Здесь нужно действовать аккуратно и неторопливо. Металл тут лишний — только руки. Зеленая кровь слегка обжигает, но не сильно, можно потерпеть. Сосуды осторожно обрываются — один за одним. Они густо, словно паутина, обвили источник черно-синей сеткой. Тяжелая, кропотливая работа, где нельзя ошибиться. Но спустя полчаса я наконец извлекаю его и погружаю в прозрачную банку.
Готово.
Отряхнув руки, я, наконец, отошел от твари, еще раз полюбовавшись на наш трофей. Вдали стояли с десяток солдат, вместе с переводчиком наблюдавших за нашими действиями. Махнув рукой, я подозвал их, ткнув в сторону монстра:
— Начинайте разделывать тварь. В первую очередь постарайтесь снять хитиновые пластины.
Переводчик, стоявший рядом, что-то бегло затараторил своим людям. Где-то наверху вспыхнули первые всполохи пожара, который должен очистить монастырь от тварей, гнездившихся внутри. А я устало присел на ступню Зевса, посмотрел на небо, начавшее алеть, и отхлебнул небольшой глоток из фляги. Устал. Сегодня был долгий и тяжелый день. Нужно отдохнуть.






