ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Работа в богатом особняке казалась Виктории шансом начать жизнь с чистого листа. Но всё меняется, когда она встречает Матвея. Его прозвище - Капкан, и, однажды попав в его орбиту, вырваться уже почти... Капкан Ольга Брюс Работа в богатом особняке казалась Виктории шансом начать жизнь с чистого листа. Но всё меняется, когда она встречает Матвея. Его прозвище - Капкан, и, однажды попав в его орбиту, вырваться уже почти невозможно... Книга вторая Глава 1 Глава 1 Алевтина Михайловна поставила чашку на поднос и кивнула Виктории: – Иди, отнеси ей. И не бойся, если она начнёт расспрашивать тебя. Альбина, конечно, та ещё штучка, но когда ты сумеешь найти к ней подход, все будет хорошо. – А Матвей Вячеславович кофе не пьёт? – Перед ужином – никогда. А вот с утра очень любит. Без сахара и сливок. Ну я тебя всему научу. А теперь неси скорее, Альбиночка не любит ждать. Вика подхватила поднос и направилась к новой хозяйке. Гостиная была выполнена в светлых, модных тонах: жемчужно-серый, белый и редкие вкрапления графита. Низкие, чётко очерченные диваны и кресла из велюра добавляли помещению композиционную строгость. Стены украшала единственная, но очень дорогая картина — абстракция в спокойных пастельных тонах. Прямо перед Альбиной стоял низкий стеклянный стол, на который Вика поставила фарфоровую чашку кофе с блюдцем. Дизайнерский торшер, похожий на изогнутую ветку дерева, отбрасывал мягкий, но чёткий свет, подчёркивая острые скулы хозяйки и её надменный, изучающий взгляд. Левая рука с и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вика красивая девушка, вот я на неё и запал.

– И всё? – Олейников прищурился.

– А что ещё? Родителей у Вики нет, она выросла в детдоме. Её мать погибла под колёсами автомобиля, когда Вика была маленькой. Кто отец – она не знает, другой родни нет. Поэтому её сразу отдали в детский дом.

Никита рассказывал всё, что знал, короткими, отрывистыми фразами, не останавливаясь на подробностях и пытаясь понять, с какой стати этот человек интересуется его бывшей женой. Олейников слушал его молча, сжимая бокал так, что побелели костяшки пальцев. Он так и не сделал ни одного глотка, и, когда Аксёнов умолк, поднял голову, чтобы спросить у него ещё что-то.

Но в этот момент зазвонил телефон Никиты.

– Да? – ответил он, и через секунду его лицо резко изменилось. Он сильно побледнел и замер.

– Подождите, что? – переспросил он, и голос его дрогнул. – Авария? Где?.. Какой Олег?.. А, Олег. Что с ним, вы сказали? В тяжёлом состоянии? А Илона?

В трубке повисла пауза. Никита медленно опустил руку с телефоном, глядя в одну точку.

– Что там? – Владимир приподнялся в кресле, опираясь на сильные руки.

– Илона погибла, – тихо, почти шёпотом ответил ему Никита. – Они сказали, что у неё не было шансов

Глава 4

Глава 4

– Дай сюда, – коротко и отрывисто приказал растерявшемуся Никите Владимир, практически выхватил у него из руки телефон и прижал к уху:

– Алло, это Олейников. С кем я говорю?

Он несколько минут слушал, кивая, будто невидимый собеседник мог видеть его, потом бросил короткое, «Сейчас будем», и отключил вызов.

– Поехали!

– А?

Бледный Никита смотрел на него такими округлившимися от ужаса глазами, что Владимиру ничего не оставалось делать, как вполсилы дать ему затрещину, чтобы хоть немного привести в чувство.

– Ой

– Лучше? – заглянул ему в глаза Владимир. – Хорошо. Поехали, говорю

– Я пил – Никиту, в самом деле, немного отпустило.

– А я нет, – отрезал Олейников и первый направился к выходу.

Владимир сел за руль своего «Лексуса», Никита – на пассажирское сиденье, и машина рванула с места, на полном ходу врезаясь в вечерние сумерки.

***

Место аварии было оцеплено. Мигали синие и красные огни полицейских машин, воздух пах бензином и гарью. То, что осталось от новенького автомобиля Никиты, было теперь грудой искорёженного металла, впечатанного в бетонный столб уличного освещения. Осколки стекла хрустели под ногами осматривающих место происшествия полицейских, а вокруг стоял гул голосов собравшихся зевак.

Никита выскочил из машины, не дожидаясь, пока Олейников заглушит двигатель. Он бросился к носилкам, на которых лежал Олег. Водитель был в сознании, но выглядел ужасно: лицо залито кровью, рука неестественно вывернута. Рядом суетились врачи «скорой», готовя носилки к погрузке.

– Ты! – заорал Никита, набрасываясь на Олега и хватая его за плечи.