Сдавайся снова, Александрова!
Лина Коваль
Ольга Александрова проводила дочь под венец, сохраняя ослепительную улыбку и считая минуты до конца торжества. Десять лет развода научили её держать лицо при встрече с бывшим мужем, но свадьба Насти п...
Глава 1. Ольга
Что может быть трогательнее и сентиментальнее, чем свадьба?
Ответ прост: только свадьба твоей восемнадцатилетней дочери.
Невероятно красивой девушки, которую ты помнишь совсем маленькой, с круглыми щечками и в зефирном платье Снежинки на елке в детском саду.
День, когда моя любимая девочка, мой Совенок, как я ласково ее всегда называю, становится взрослой.
Сжимая в одной руке платок, второй разглаживаю появившиеся в районе бедер складки. Длинное шелковое платье жемчужно-розового цвета я выбирала с особой тщательностью, а еще ради подтянутого тела несколько месяцев усиленно занималась пилатесом.
Роль матери невесты - особенная миссия.
- Дорогие гости! - проникновенно говорит импозантный ведущий из-за белоснежной трибуны. - Родители, родные, друзья - самые близкие люди наших Насти и Кирилла. У нас все готово, чтобы поприветствовать жениха и невесту, и разделить с ними главный день в их жизни. День рождения новой семьи. Итак, встречаем - Кирилл.
Я приветливо улыбаюсь Инессе, матери жениха. Понимающе киваю, когда она смахивает выступившие слезы и с нежностью смотрит на сына.
- И наша невеста… Нежная, ранимая, добрая, прекрасная Анастасия. Сегодня, в этот зимний день к алтарю ее провожает папа.
Я снова натягиваю улыбку и стараюсь не обращать внимание на то, как сильно дрожат ноги. Просто от волнения.
По узкому проходу, украшенному живыми цветами, медленно приближаются моя дочь и… бывший муж. И если Настю я всего пятнадцать минут назад видела в комнате невесты и успела разглядеть изящное, кружевное платье с воротником-стойкой и милым вырезом на груди в форме сердца, то с Ильей мы давно не встречались.
Где-то около года не виделись.
Я рассматриваю невозмутимое мужское лицо: высокий лоб, аккуратные, аристократичные скулы, легкую, ухоженную небритость. И… чуть сжатые губы. Широкие плечи напряжены сверх меры, выправка армейская.
Вряд ли кто-то из присутствующих знает Александрова настолько, чтобы заметить, как сильно он сейчас волнуется.
А я знаю…
Все-таки пятнадцать лет совместной жизни за плечами.
Была радость, было горе.
Любовь и ненависть.
Начало и конец.
Все было.
Ведущий продолжает бесстыдно провоцировать мои слезы:
- Когда-то давно он точно так же отводил ее в детский сад, обрабатывал зеленкой сбитые коленки и всегда был ее единственным защитником…
Я мысленно закатываю глаза.
Никогда в жизни Александров не отводил Настю в детский сад и уж тем более не обрабатывал ее коленки.






