По сути, их брак с Демьяном распался из-за меня?
— Красивый такой, — рассматривает спящего Арса на моих руках. — На тебя похож. И светловолосый, — протягивает руку и трогает его за щечку, но я делаю шаг назад. — Я не наврежу, — припечатывает меня взглядом. — Ни ему, ни тебе.
— Что ты здесь делаешь?
— К Демьяну пришла. Мы с ним вчера встречались, — спокойно отвечает она.
А я мгновенно закипаю от этих слов. Понятия не имею, почему это происходит. Сколар не давал мне причин для ревности, но именно это чувство я сейчас и испытываю.
— У него проблемы, напряженка с деньгами, а на мне счета, недвижимость, которую он покупал ранее. Мы занимаемся переоформлением, — замечаю папку в ее свободной руке. — И я видела мельком ваш новый дом. У Сколара потрясающий вкус, правда?
Я шумно втягиваю воздух через нос, пытаясь не поддаваться эмоциям. Этой оглушающей ревности. Ну а что ты хотела, Мишель? У них много общего. И кому, как не бывшей, он доверился о проблемах? Или Тане. Но не тебе. Потому что я в его глазах маленькая девочка? Недостаточно разбираюсь в каких-то вопросах и вещах?
Хочется вернуться и спросить, что еще мне не рассказал Сколар.
— Мне, наверное, пора.
— Наверное, у жизни свое понимание, как все должно происходить, — останавливает меня словами. — Я долго не могла отпустить его. Когда поняла, что он уже не мой. Сначала злилась. Очень. Казалось, что меня предали. Я была в коме, когда ты появилась. Но потом поняла, что никто не может никого силой удержать рядом с собой. Иногда самое здравое решение — отпустить. Хоть и самое непростое. Кормить свое ущемленное эго — путь в никуда. Это отрезает любые возможности к новой жизни.
Она говорит спокойно, даже как будто с долей грусти. И все так же смотрит на Арса. Словно представляя, что это мог бы быть ее сын. Или мне только кажется.
— Я получила второй шанс, выйдя из комы, — добавляет. — Глупо тратить его на ненависть. К тому же он не оставил меня ни с чем. У меня есть квартира, средства, почти восстановленное здоровье. И когда-то будет такой же славный мальчик. Но с другим мужчиной.
Саида отрывает взгляд от Арса и смотрит мне прямо в глаза.
— Возможно, он и правда не мой человек. А твой. Кто знает. Я не собираюсь разрушать вашу жизнь. И не собираюсь строить козни, ненавидеть тебя до конца своих дней, хотя поначалу… — слегка улыбается. И в ее голосе нет злобы. Только ирония.
Мы стоим несколько секунд в тишине. И надо бы попрощаться и уйти, но она словно держит меня взглядом, выворачивая душу наизнанку.
— Я тут все подписала. Передай ему потом, — вручает мне папку. — И пожелай скорейшего выздоровления.
— Не пойдешь к нему?
— Нет, — качает головой и, развернувшись, уходит. А мне в какой-то мере даже становится стыдно за все свои плохие мысли на ее счет.






