ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Аня Солопова вышла за шоколадкой и вернулась замужем за миллиардера. Правда, Демьян Мансуров — тот ещё невыносимый дракон: хватает посреди улицы, тащит подписывать разводные бумаги и угрожает неустойк... Развод с миллиардером Виктория Вестич Аня Солопова вышла за шоколадкой и вернулась замужем за миллиардера. Правда, Демьян Мансуров — тот ещё невыносимый дракон: хватает посреди улицы, тащит подписывать разводные бумаги и угрожает неустойк... Глава 1 - Мне нужен развод, - холодно чеканит красавчик в шикарном костюме. Застываю, потрясенно глядя на мужчину. Рослый, широкоплечий, статный. Явно при деньгах. И совершенно мне незнакомый. Не этого я ожидала, когда парочка мордоворотов запихнули меня в машину и притащили в какое-то жуткое темное помещение. Я за дорогу столько всего передумала! И что в рабство меня продадут, и на органы. А тут речь про развод какой-то. - Э-э… ладно, - выдавливаю я растерянно. И зачем он мне, собственно, об этом сообщил? Ну хочет и хочет. Я-то тут при чем? Хотя… может он такой одинокий, что ему даже выговориться некому? Только зачем тогда людей посреди улицы хватать и пугать до инфаркта? - Ты не поняла. Мне нужно, чтобы ты подписала документы о разводе прямо сейчас. На всякий случай оглядываюсь вокруг, пытаясь понять, есть ли где-то рядом скрытая камера. Кто его знает, сейчас все, кому не лень, снимают дурацкие пранки. Вдруг я очередная жертва? Но незнакомец не успокаивается. Выкладывает передо мной кипу бумаг и сует в пальцы ручку. - Подпиши по-хорошем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы молчим, но на этот раз я сама цепляюсь за рубашку Мансурова на спине. Не хочу, чтобы это мгновение заканчивалось.

- Браво!

Знакомый женский голос разрывает возникшую тишину, а следом за ним раздаются громкие хлопки в ладоши.

Вздрогнув, я отстраняюсь и тороплюсь стереть слезы. А потом натыкаюсь взглядом на Меседу.

Она перестает хлопать и ухмыляется:

- Ну надо же, если бы не знала, что между вами контракт, подумала бы, что вы и правда влюбленная парочка.

Демьян хмурится.

- Ты что тут делаешь?

- Как что? - брюнетка всплескивает руками, - пришла поболтать с твоей "женой", - она изображает кавычки пальцами, - а оказалось, что ты тоже тут. Ну ничего, тем лучше.

- Ты снова перепила? Я же сказал в последнем нашем разговоре, чтобы ты не приближалась к моей жене. Кажется, твой отец плохо за тобой следит.

Меседу перекашивает. Она сокращает между нами расстояние и выпаливает:

- Я в курсе, что все это спектакль! Знаю, что вы это устроили только чтобы ты на мне не женился! Подружка твоей женушки за круглую сумму все мне выложила, еще и где ее искать сказала! Можешь не отпираться. Завтра я все расскажу отцу, так что можете бежать в ЗАГС разводиться!

Замираю, не в силах пошевелиться. Глубоко внутри во мне что-то ломается.

Вот все и кончилось... слишком внезапно, я даже подготовиться не успела. И от этого еще больнее.

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, - в отличие от меня, Дем сохраняет непроницаемое выражение лица.

- Поймешь! Отцу очень не понравится, что ты его облапошить пытался. Так что даю тебе время подумать до утра и убрать эту, - Меседа морщится, кивая в мою сторону, - из своей жизни. А потом уже поговорим.

Меседа резко разворачивается, так, что копна ее смоляных волос едва не бьет по лицу, и уходит к своей машине, гордо цокая каблуками.

Я смотрю ей вслед и сглатываю. Не могу заставить себя перевести взгляд на Демьяна.

- Ну вот все и закончилось, - нервно шучу я, - и что теперь, Дем? Развод?

Мансуров молчит какое-то время, а потом обреченно выдыхает:

- Похоже на то.

И последняя надежда умирает.

Сцепляю крепче зубы, чтобы не дать волю эмоциям. Ну какая же я дурочка... сказок не бывает, а наш с Демьяном исход был известен с самого начала. Просто я отказывалась в это верить. Вот судьба и приложила с размаху, чтобы я в себя наконец пришла...

Глава 39

Дем поступил, как настоящий мужчина. Довез меня домой, проводил до двери. Всю дорогу между нами висело тягостное молчание и даже когда мы остановились у двери в квартиру, что я снимала с девочками, оба словно ждали чего-то.

Я сдалась первой. Пожелала спокойной ночи и юркнула внутрь, заперла за собой дверь. И долго стояла, уткнувшись в нее лбом и слушая тишину на лестничной клетке. Демьян не уходил. Но и не стучал. И от этого на душе такая тоска и обреченность остались, что даже утром тяжело было просыпаться.