ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Криста — вампирша, которая двадцать семь лет назад спасла из кровавой резни четырёхлетнего мальчика и решила воспитать его сама. Нил вырос идеальным: готовит ужины, отлично учится, молча заботится о т... Пасынок Ольга Сурмина Криста — вампирша, которая двадцать семь лет назад спасла из кровавой резни четырёхлетнего мальчика и решила воспитать его сама. Нил вырос идеальным: готовит ужины, отлично учится, молча заботится о т... Пролог Когда вновь открылась дверь темной квартиры, за окном уже горели бесчисленные звезды, спрятавшись на черном небосклоне. Ему было плохо. Как всегда плохо. Как всегда раскалывалась голова, холодели руки, а шум вокруг казался нестерпимо острым, словно тишины на свете не существовало. Жар захватывал грудь, по венам будто скользила вовсе не кровь, а раскаленная, вязкая, черная смола. - «Мамочка»? – Раздался тихий басистый голос в тишине темной квартиры. – Опять стала от меня прятаться? Ах… наверно ты решила сделать вид, что сбежала. Чтобы я пошел тебя искать, а ты сбежала на самом деле. – Голос сменил странный хруст. Мужчина сжимал в руках жестяную банку. – Как же так, «мама»? Я думал, пасынков с работы нужно встречать. Молчание. Тьма сгущалась, но глаза к ней привыкали, и вокруг стали выступать очертания мебели. Он медленно осматривал недвижимые выступы, не встречая ни намека на силуэт человека. - Не усугубляй ситуацию, Криста. – Молодой человек медленно прошелся по коридору. – Твой пасынок всего лишь хочет услышать, что ты его любишь. Так вот выйди,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Люди кутались в шарфы, сновали по пешеходным переходам. Мелькали мимо взгляда, пока в воздух поднимались желтые листья. По утру меж их прожилок будет светить солнечный свет, они начнуть врезаться в прохожих, которые достанут телефоны для фотографий. Приятное время года - осень. Даже если меланхоличное, все равно приятное.

Когда молодой человек вернулся домой, то сразу лениво скинул с себя осенний плащ, и чуть размял плечи. Весь путь домой как-то странно улыбался, косясь на вампиршу, иногда эта улыбка превращалась в тяжелую пошлую ухмылку. Зрачки скользили по взъерошенным мягким волосам, губам, по аппетитной линии ягодиц. Небо над городом синело, плотнело, иногда на нем просматривались бледные осенние звезды.

Тьма клубилась в коридоре, но её местами рассекал неоновый городской свет, что бил из окон.

- Я так рада, что она решила прийти. Жаль, я не спросила, как её зовут. - Криста тепло улыбнулась. - Мне стало намного спокойнее. - Она погладила широкой ладонью живот.

- Хорошо. - На автомате отметил Кайзер, не моргая. - Мне тоже. В какой-то степени.

Ему нравилось на нее смотреть. Рассматривать довольное лицо, неуклюжую стрижку, которая успела слегка удлиниться за прошедшие месяцы. Нравилось пошло таращиться на живот. Ей, как ему казалось, очень шла беременность. Такая хрупенькая, неуклюжая вампирша с худыми ручками, ножками, маленькой грудью, и непропорционально крупный живот. Красиво. “Ты должна такой быть” - вертелось в голове. “Двадцать лет я думал об этом. Двадцать лет”.

Она довольно быстро разделась, оставаясь в джинсах и узкой футболке. Потянулась посреди темной просторной комнаты, и тут же почувствовала у себя под грудью чужие руки, которые совершали порывистые, гладящие движения. Эти же руки вскоре потянулись вниз, и стали расстегивать ширинку, затем начали стаскивать штаны с ягодиц.

- Не хочешь сперва отдохнуть, или поесть? - Тихо спросила девушка, по спине поползли теплые, сладкие мурашки.

- Мне не нужен отдых, я - вампир. - Раздалось практически над ухом.

- Я беременна. - Криста тяжело выдохнула.

- Я осторожно. - Голос становился хриплым.

Она медленно выдохнула, затем послушно развела ноги чуть в стороны. Мужские ладони продолжали наглаживать живот, затем скользнули ниже, и стали мять кожу на внутренней стороне бедер. В какой-то момент вампирша прикрыла глаза, и оперлась на стеклянный столик. Пульс сбивался, волосы падали на смущенное лицо, которое с каждой секундой краснело все сильнее. Сквозь футболку начинали выступать соски.

Молодой человек чуть наклонился, и с той же пошлой улыбкой развел пальцами половые губы в стороны, видя меж ними прозрачную скользкую ниточку. После слегка отстранился, и принялся расстегивать ширинку теперь на своих брюках.