ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лера выстроила жизнь в Париже стеной за стеной: старший редактор, галантный Франк, анонимный собеседник «Лев Толстой» по ночам. Но стена трещит, когда Франк ставит ультиматум — съехаться или расстатьс... Снова ты Ария Тес Лера выстроила жизнь в Париже стеной за стеной: старший редактор, галантный Франк, анонимный собеседник «Лев Толстой» по ночам. Но стена трещит, когда Франк ставит ультиматум — съехаться или расстатьс... «Ты просто космос» Лера Франк — хороший мужчина. Это действительно так. Впервые за три года мне не приходится заставлять себя, упрашивать, уговаривать. Убеждать… Черт возьми, какой же дурой ты себя ощущаешь, когда, сидя с кем-то на свидании, пока он рассказывает о какой-то абсолютно не имеющей значения хрени, ты улыбаешься, киваешь, как кукла-болванчик с торпеды прямиком из моего детства, а про себя ведешь серьезную такую баталию: - Лера. Послушай. Он — это очень хороший вариант. Красивый, спортивный. У него есть работа, даже больше! Он — довольно успешный в своей области мужчина! Так что давай…эт-самое, прекращай носом вертеть. Не дури. Не смей даже начинать это делать! Не смей! Я тебе запрещаю. И все было так. Правда. После того, о чем я вспоминать не соглашаюсь ни за что, я начала ходить на свидания почти сразу. Сначала казалось, что…ну, не получается ничего из-за посыла. Мол, ты специально это делаешь! Назло всему миру! Доказать что-то хочешь! А при таких вводных, результат всегда заставляет желать лучшего — это аксиома. Окей. Я немного притихла. Успокои

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Звучит, как очень сомнительная надпись на кружке…

- Если увидишь такую, обещай, что купишь ее мне.

Динь!

Лифт останавливается на первом этаже, а мне становится чуточку спокойнее, ведь теплота родных глаз всегда способна тебя успокоить…

«Разные»

Лера

Поездка в машине проходит…медленно. Это первое определение, которое приходит мне на ум, и за него мне почему-то стыдно. Как, в принципе, и за второе тоже.

Скучно.

Слово пробивает меня насквозь, и, если честно, оно выглядит хуже, чем какой-нибудь огромный томагавк, прилетевший прямо тебе в грудину. По сути своей, два слога, а какой же вес они имеют, согласитесь. Раз у меня в воображение такие кровожадные картинки возникают…

Неловко тру руки, глядя на то, как одно здание сменяется вторым. До аэропорта мне добираться примерно минут сорок, что в России бы заняло, дай бог, минут пятнадцать. Это немного раздражает. Я живу здесь довольно долго, но никак не могу войти в этот ритм. Он слишком планомерный, слишком размеренный, слишком…черт возьми, медленный и скучный!

Успокойся. Они все такие. Европейцы — они такие!

Повторяю себе, как мантру, которую я непрестанно зачитываю каждый раз, когда ощущаю внезапный прилив того самого раздражения. Одна из причин моей такой успешности здесь заключается в том, что я все делаю быстро. В смысле…это называют красивым словом «многозадачность», а по факту я не могу отделаться от мысли, что дома считалась бы одним из самых слабейших игроков в команде. Дела, которые я планирую тут на неделю, по факту у нас делают за пару дней! И я не знаю, как это работает…а может быть, это у меня только так работает? У той, кто прописалась на работе и обычно редко вылезает за пределы своего офиса…

Боже. Вполне вероятно, мне надо попить успокоительных.

Тру глаза, чувствую, как Франк бросает на меня взгляд. Мы не говорили всю поездку, хотя он встретил меня почти тепло. Снова его показательная вежливость, снова его галантность. Он поцеловал меня в щеку, держа так, словно я хрустальная ваза, потом пожал руку Славе и забрал мои чемоданы, набитые, по словам брата, камнями. Даже не пискнул! Погрузил спокойно в багажник, потом даже дверь мне открыл!

Серьезно.

Он. Открыл. Мне. Дверь.

Вы это слышите вообще?! После всего! После того как я в открытую проигнорировала наши отношения, даже не заикнувшись о совместной поездке на свадьбу! Это ведь звоночек, будь здоров! Когда твоя пара не зовет тебя с собой на свадьбу близкой подруги — будь начеку! Это почти всегда означает только одно: тебя не рассматривают всерьез.

Меня это, само собой, не касается.

Ха…ты так в этом уверена?

Противные, черные мысли в голове образуют тени и хихикают. Я себя чувствую еще более гадкой. Возможно, если бы я имела смелость заглянуть себе в сердце, я бы поняла, что это далеко не так.