Похоже, привыкла уже к дому?
– Похоже на то, – кивнула я, мысленно возвращаясь на Восток. Нет, тот город с его шейхом навсегда останутся в моем сердце. Как бы я не старалась выбросить их из головы.
Нам принесли пирожные и чай и я с удовольствием принялась за еду, краем уха слушая Максима. Он рассказывал что-то о работе, о том, как уверенно мы движемся вперед, а я делала вид, что не хочу зевать от этих россказней.
Внезапно телефон, лежащий рядом на столе завибрировал и я бросила взгляд на экран. Звонил незнакомый номер.
– Извини, – я улыбнулась Максиму, взяла телефон, готовясь посылать торгашей и мошенников, потому что никто другой, разумеется, кроме Максима, мне не звонил.
– Слушаю? – ответила на звонок и оторопела от знакомого до боли в подреберье голоса.
– Слушай внимательно. Ты сейчас встаешь и выходишь наружу. Иначе вхожу я и отрезаю ему голову прямо у тебя на глазах.
Я открыла рот, чтобы произнести его имя, но так и не смогла. Лишилась дара речи. Я молча встала, взяла со спинки стула пальто и сумочку и, минуя удивленного Максима, вышла из кафе. Толкнув стеклянную дверь, я увидела его.
Халиль стоял с телефоном в руке, одетый по-европейски. Длинное пальто придавало ему еще больше мужественности, а шелковый шарф подчеркивал восточную красоту.
– Холодно тут у вас. Поехали домой, Алиса.
Конец
ЭПИЛОГ
Спустя месяц
Вахид прошел в большой зал. Не сразу заметил там Халиля. Тот пил алкоголь, сидя перед телевизором. Смотрел, как город приходит в себя после разрушений, пожарищ и побоищ. Понемногу все восстанавливалось и люди приходили в себя. Появились даже самые смелые туристы.
– Ты пьешь? – Вахид поморщился. – Харам, брат.
Халиль со вздохом отставил бокал в сторону, откинулся на спинку кресла.
– Ты пришел мне морали читать?
– Нет, у меня для тебя информация. О ней.
Халиль вздохнул.
– Я отпустил ее. Да и у нее, скорее всего, теперь другая жизнь. В ней нет места мне, насильнику и зверю. А ты заканчивай пялиться на ее фотографии, а то глаза вырежу.
– Тебе не обо мне стоит переживать, а о том, кто к ней с подарками в гости ходит. И еще о том, что она встала на учет в больнице.
Халиль резко повернулся, уставился на Вахида.
– Поподробнее.
– У нее появился… ухажер. Ее начальник. Она работает.
– Я же перечисляю ей деньги, зачем ей работать? И что за начальник? Ты сказал о больнице, что с ней? – Халиль встал, подошел к Вахиду, вперился в него требовательным взглядом. – Ну давай, говори!
Вахид про себя усмехнулся. Знал, что новости о ней зацепят Халиля. Выведут из состояния окаменелости.
– Она работает в косметической компании. И ее начальник таскается к ней домой.
Халиль сжал кулаки.
– Почему тогда этот начальник еще жив?
– Ты сказал, чтобы я не вмешивался в ее жизнь. Но это не главное.






