ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Алатея Граф просыпается на холодном полу, связанная по рукам и ногам, с повязкой на глазах и пустотой вместо памяти. Она помнит только своё имя, возраст и то, что была гимнасткой из международного бал... Омут Алекс Д, Лана Мейер Алатея Граф просыпается на холодном полу, связанная по рукам и ногам, с повязкой на глазах и пустотой вместо памяти. Она помнит только своё имя, возраст и то, что была гимнасткой из международного бал... Пролог Как бы я хотела все вспомнить… Если бы я могла прочитать книгу о своей жизни и иметь в записи все то, что на самом деле со мной произошло, это здорово бы облегчило мое существование. А существую ли я? Жива ли? Или эта тьма, опоясывающая меня дьявольскими силками, — и есть те самые врата безжалостного ада? Я отчетливо помню ощущение падения, длившееся считанные секунды, за которыми последовал мощный удар головой, и мое сознание резко поглотила тьма. Мне нужно вспомнить. Вспомнить, кто я на самом деле. Но очень трудно думать, когда лежишь на холодном полу, связанная по рукам и ногам. Уязвимая, беззащитная, жалкая. Если это не предсмертная агония, которая мне мерещится, а реальность — то я бы предпочла первый вариант. Почему здесь так пахнет краской? Резкий запах, щекочущий и раздражающий рецепторы, мешает думать и вспоминать, вновь по частям собирать свою личность. Меня зовут Алатея Граф и мне восемнадцать лет. Я — профессиональная гимнастка и танцор, входящая в состав одного из самых популярных акробатических балетов мира. У меня много сумасшедш

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если бы я не согласилась на просьбу Элен пересесть на заднее сиденье, то это мое окровавленное переломанное тело погрузили бы в карету скорой помощи в черном мешке. Каждую гребаную ночь я умираю вместо нее — во сне.

Мне так сильно хочется рассказать маме о чудовищной аварии, случившейся полгода назад, ощутить ее поддержку, услышать ободряющие слова, на короткое мгновенье отпустить страх и чувство вины, но я не стану этого делать. Не скажу ни слова. Нельзя ее волновать, даже если мое признание не сохранится в памяти мамы надолго.

Я справлюсь. Я как-нибудь справлюсь. Сама. Мне не привыкать.

— Тея, ты заставляешь меня ждать, — нетерпеливо напоминает о себе незваный гость. — Тебя не устраивает сумма?

— Речь о рублях? — с едкой усмешкой уточняю я, поворачиваясь к Роланду Фишеру — коммерческому директору шоу «Орбита фантазий», или правильнее сказать — сутенеру, что сводит своих клиентов с красивыми и медийными девушками.

Терпеть не могу таких людей и всех их клиентов заранее — они считают, что в этом мире купить можно все, вопрос лишь в цене.

Вынуждена с ними не согласиться, потому что сколько бы я ни работала, я не могу купить здоровье своей маме. Только лишь поддерживать ее жизнь и более-менее сносное существование. Ну и конечно, я не могу купить исцеление своей главной проблемы.

У меня серьезные проблемы с памятью. И думаю, это наследственное, а не только последствия психической травмы из-за жуткой аварии.

— Кхм, разумеется, — немного смущаясь, мнется на месте «крот» — так я про себя окрестила этого мужчину, на голове которого красуется черная шляпа в форме забавного котелка. И очки, сквозь которые трудно разглядеть выражение его взгляда имеются. Как и скрюченные пальцы, наверняка обожающие считать деньги, которые он получает за сделки с женщинами, что не прочь раздвинуть ноги за плотную пачку зеленых купюр.

Конечно, я могла бы продать свою девственность за весьма круглую сумму, ведь мне недавно исполнилось восемнадцать. Но пока эта мысль вызывает отвращение, да и возможная сумма все равно не решит всех моих проблем.

— Вы можете назвать свою цену. Один влиятельный гость очень заинтересован в приватном ужине с вами, — Фишер явно не понимает, что у него на лице все написано. Он предлагает мне не ужин, а потрахаться с кошельком за пару лимонов рублей. Вот нашли идиотку.

Точнее, пусть ищут другую, ведь я не согласна.

— «Нет» мое окончательное слово, мистер Фишер, — мотнув головой, я тянусь к кнопке вызова охраны, расположенной в моей частной гримерной. — И, если вы сейчас же не оставите меня в покое, я вызову полицию. Я устала после выступления и хочу отдохнуть.

— Глупая девчонка, — раздраженно бросает мне Фишер, демонстрируя свое истинное лицо и гнилые намерения.