ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Яра стоит в белом платье посредине камеры, где за массивной дверью прячется не молодожён, а тот, кого её семья когда-то отвергла. Он чистит яблоко ножом, который ему явно не положен, и не торопится вс... Невеста криминала Маша Драч Яра стоит в белом платье посредине камеры, где за массивной дверью прячется не молодожён, а тот, кого её семья когда-то отвергла. Он чистит яблоко ножом, который ему явно не положен, и не торопится вс... Глава I. Уверена, все вокруг считают меня сумасшедшей. Потому что только сумасшедшая решится надеть в СИЗО свадебное платье. Но другого выхода у меня просто нет. ОН должен увидеть, насколько серьезно я настроена. Судорожно стискиваю похолодевшими от страха и волнения пальцами свой маленький букетик из белых чайных роз, аккуратно перевязанных шелковой лентой. Что это будет за невеста, если заявится к жениху без букета, правда же? Меня ведут по длинным узким коридорам. Я стараюсь смотреть только вперед и не обращать внимания на мимо проходящих людей. Слышу шелест своего платья по плитчатому полу и немного злюсь из-за того, что его подол может испачкаться. Сегодня всё должно быть идеально . Я не могу позволить себе допустить ошибку. Даже самую крошечную. Иначе встреча может сорваться. Вдруг ему не понравится то, как я выгляжу? Или решит, что я неряшливая, раз уж не удосужилась позаботиться о своем свадебном платье? Платье, конечно, только номинально можно считать свадебным. Оно просто белое и длинное. Времени бегать по свадебным салонам у меня не было

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Невеста криминала

Маша Драч

Яра стоит в белом платье посредине камеры, где за массивной дверью прячется не молодожён, а тот, кого её семья когда-то отвергла. Он чистит яблоко ножом, который ему явно не положен, и не торопится вс...

Глава I.

Уверена, все вокруг считают меня сумасшедшей. Потому что только сумасшедшая решится надеть в СИЗО свадебное платье.

Но другого выхода у меня просто нет.

ОН должен увидеть, насколько серьезно я настроена.

Судорожно стискиваю похолодевшими от страха и волнения пальцами свой маленький букетик из белых чайных роз, аккуратно перевязанных шелковой лентой.

Что это будет за невеста, если заявится к жениху без букета, правда же?

Меня ведут по длинным узким коридорам. Я стараюсь смотреть только вперед и не обращать внимания на мимо проходящих людей.

Слышу шелест своего платья по плитчатому полу и немного злюсь из-за того, что его подол может испачкаться.

Сегодня всё должно быть идеально .

Я не могу позволить себе допустить ошибку. Даже самую крошечную. Иначе встреча может сорваться.

Вдруг ему не понравится то, как я выгляжу? Или решит, что я неряшливая, раз уж не удосужилась позаботиться о своем свадебном платье?

Платье, конечно, только номинально можно считать свадебным. Оно просто белое и длинное. Времени бегать по свадебным салонам у меня не было, пришлось импровизировать.

Сглатываю, когда мы останавливаемся перед массивной дверью, которую нужно открывать только специальным ключом. Но за ней скрывается не ОН, а еще один длинный коридор.

К счастью.

У меня есть еще несколько мгновений, чтобы морально подготовиться.

Молча продолжаю идти вперед.

Слышу, как в ушах тяжелыми толчками стучит кровь. Во рту неприятно сохнет. Это всё от нервов.

Вскоре мы снова останавливаемся. Сердечная мышца особенно сильно сокращается, будто сигнализирует о том, что — всё. Точка невозврата вот-вот будет пересечена.

Еще есть шанс убежать. Бросить чёртов букет, подобрать подол шелкового платья и бежать до тех пор, пока снова не окажусь на улице. Там сейчас ярко светит солнце. Нет никаких низких потолков, тяжелых дверей, которые отпирают несколькими ключами и угнетающего желтого света дешевых лампочек.

Но я не двигаюсь с места. Смиренно жду.

Дяде пришлось серьезно постараться, чтобы устроить мне эту встречу. Он категорически не хотел. Когда только услышал о том, что я задумала — накричал. Дядю в принципе сложно вывести из себя. У него столько терпения, что хватит на троих. Но мне это всё же удалось. Он долго не соглашался. Грозился даже выгнать из дома, если я не оставлю эту дурацкую затею.

Я знаю, что дядя со мной так никогда в жизни не поступил бы. Слишком любит. И он это тоже знает, но в тот момент казался очень убедительным в своих угрозах.