сквозь тонкую ткань его брюк и моего платья - твердый, мощный,
недвусмысленный толчок его эрекции в мою попу!
Его губы касаются моего уха.
Колкая борода царапает шею.
Горячее, влажное дыхание обжигает кожу, когда он произносит хриплым, низким шепотом, от
которого подкашиваются ноги:
- Я первым тебя попробую.
Глава 3
Темнота.
Грубая поверхность деревянных бревен впивается в мою кожу через тонкую ткань футболки.
Джинсовку я сняла еще в машине. Тело мужчины, прижимающееся к моему, это сплошной жар, тяжесть, не оставляющая возможности сопротивляться.
Что вы творите? Зачем...
Мой голос звучит тихо и тонко. Он больше похож на испуганный шепот. - Отпустите!
Последние слова тонут в гуле его дыхания у моего виска.
Он не отвечает. Его ладонь, широкая и шершавая, скользит по моему бедру, задирая подол
юбки.
Холодный воздух комнаты касается обнажившейся кожи, и по телу бегут мурашки.
Я пытаюсь сжать ноги, слабое, почти беспомощное движение. Но его бедро мощно вжимается
между моих ножек, не оставляя шанса.
Он мнет мою кожу, сжимает, и в этом есть что-то по-звериному голодное и требовательное,
заставляющее сердце бешено колотиться в горле.
Его другая рука скользит вверх, сминая ткань платья на груди. Пальцы уверенно находят грудь,
обхватывают, прижимают так плотно, будто хотят оставить след.
По-хозяйски. Будто я вещь.
И от этого во мне всё закипает - и стыд, и дикий, запретный трепет.
- Что вы творите?! Отпустите! -- требую чуть громче.
Его пальцы находят грудь, сминают.
Пальцы стискивают сосок через ткань, покручивая его, пока он не вытягивается послушной,
острой пикой.
- Сначала я тебя попробую. Обычай такой, - его губы касаются моей шеи, слова обжигают
кожу. -
А потом... все остальные.Какой обычай? Что... Что вы несете? Дикость какая-то... Я..
Внутри меня всё сжимается в комок протеста. Нет. Это неправильно.
Я здесь не за этим.
• Отпустите..
нет!
в голосе прорывается настоящая, животная паника.
- У меня есть парень!
Я выдыхаю это как последний аргумент, как щит. Но он лишь усмехается в темноте, низкий,
вибрирующий звук.
- Я в курсе. Но сегодня, - его рука скользит с бедра вверх, к самому интимному месту, и я
замираю, - у тебя будет мужчина.
Его пальцы упираются в тонкую ткань трусиков.
Я вся преврашаюсь в один сплошной нерв.
Вторая ладонь тяжело лежит на моей груди.
Он меня глади и мнет, пока пальцы проводят линию по внутренней стороне бедра, заставляя
меня вздрогнуть.
Трогает между ножек...
Надавливает, покручивает.
Губы прижимается к шее, чуть-чуть втягивая.
Покусывает, сменяя давление: укус-поцелуй, влажный язык.
От этих заигрываний, напоминающих развлечения хищника, бегут теплые мурашки, и сердце
стрекочет.
Мне страшно и волнительно, но его требовательные движения и касания разжигают во мне
оГоНь.
И в этот миг его пальцы нажимают на трусики.






