Но Миша быстро усаживает меня в машину и садится рядом. Автомобиль тут же мягко трогается с места. Еще бы! За свадьбой бдят его амбалы. Все по часам и без заминок. Дисциплина!
Машина мчится по московским улицам к дому. За окном мелькают огни никогда не спящего города. Мы молчим. И тишина такая уютная. Я прижалась к мужу и просто наслаждаюсь моментом. И, кажется, даже умудряюсь задремать.
– Приехали, – тихо смеется Миша. – Вставай, спящая красавица. Идем домой.
– Не хочу, – капризничаю. – Ножки болят!
– Ой, горе ты мое, – притворно вздыхает Миша, – говорил тебе, не надо столько плясать. Иди уже сюда, – протягивает руки.
Я и не думаю сопротивляться. Обнимаю Мишу за шею и он несет меня в лифт. Наваливается усталость. Глаза просто закрываются. Кажется, я слишком устала для всего. Миша, ворча и вздыхая, помогает мне лечь в постель.
– Приличные люди в брачную ночь деньги считают, а она спит, – смешно так возмущается, укладываясь рядом.
– Нам все переводами подарили, – зевая, напоминаю ему. – Банк все посчитал, – закидываю ногу на мужа и прижимаюсь к его боку. Горячий такой, согревательный.
– Спи уже, загульная, – гладит меня по спине и я правда просто вырубаюсь. Эти свадьбы – ужас какой-то! Устаешь так, будто ты не невестой была, а огород под картошку лопатой копала.
– Сплю, – успеваю ответить и просыпаюсь только утром.
В квартире подозрительная тишина. Накинув халатик, иду босиком в поисках мужа. Миша нашелся в гостиной. Сидит на диване, на коленях ноутбук. Но носу очки. Сердце сжимается при виде его. Ужасный и грозный медведь сейчас совсем домашний. Подхожу ближе и Миша поднимает на меня взгляд. В светлых глазах сразу начинается шторм. Ощупывает меня всю взглядом. Улыбается:
– Выспалась?
Киваю.
– Есть хочешь?
Опять киваю. Ем я опять много.
– Иди умывайся. Я пока завтрак соображу. И никакого кофе! – говорит строго.
– Ну, Ми-иша! Ты тиран!
Но мой муж непреклонен. Так что кофе я могу теперь только дышать. И пока привожу себя в порядок, он собирает нам завтрак.
– Ощущения какие-то непонятные, – заговаривает, когда садимся за стол. – Оно же должно как-то по-другому ощущаться.
– Что? – не понимаю его.
– Ну вот вчера я был холостой, а сегодня женатый, – смотрит на меня внимательно. – А вроде как ничего не изменилось.
– Надо было мне, – прищуриваюсь, – выйти из спальни в огромных бигуди, цветастом махровом халате и каких-нибудь растоптанных тапках. С дыркой в подошве. Что ты, так сказать, ощутил.
– Таня! – возмущается мой муж. – Фу, гадость какая!
Смеюсь. И спрашиваю:
– Ну а что ты хотел? Что я прямо с утра превращусь в тыкву?
Миша запрокидывает голову и начинает хохотать. Ничего, от его громоподобного смеха я уже не вздрагиваю даже.
А в тыкву я все-таки превратилась. В большую такую тыкву на ножках. Близнецы – это ужас как сложно.






