ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лиза Стрелецкая пришла на практику в компанию Истоминых, чтобы не вылететь из университета. Она ожидала скучных поручений и холодного приёма, но не готовилась к тому, что её боссом станет Филипп — нас... Сердце босса Яна Голд Лиза Стрелецкая пришла на практику в компанию Истоминых, чтобы не вылететь из университета. Она ожидала скучных поручений и холодного приёма, но не готовилась к тому, что её боссом станет Филипп — нас... Глава 1 Annotation Что может быть опаснее служебного романа с властным боссом? Только влюбиться в него по-настоящему. Когда юная практикантка Лиза становится секретарем Филиппа Истомина, она не смеет надеяться заполучить сердце босса. Наследник крупной компании вырос с золотой ложкой в зубах, а на десерт ел известных топ-моделей. Но с каждым днем становится понятно: химию между ними не погасят ни офисные интриги, ни социальный барьер. Амбициозный проект Филиппа сближает их, но что, если он просто играет с ее чувствами? Яна Голд Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 11 Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15 Глава 16 Глава 17 Глава 18 Глава 19 Глава 20 Глава 21 Глава 22 Глава 23 Глава 24 Глава 25 Глава 26 Глава 27 Глава 28 Глава 29 Глава 30 Глава 31 Глава 32 Глава 33 Глава 34 Эпилог Глава 2 Яна Голд Сердце босса Глава 3 Глава 1 – Лисенок, ты представляешь? Я вчера рассказала начальнице о твоих проблемах с практикой. Как университет заставляет вас самих искать места, да еще и пугает отчислением. Представляешь, Наталья Михайловна

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Да и контент для подписчиков сам себя не сделает, – пошутил я.

– Понятно все с вами. А на работе как дела? – продолжала расспрашивать мама.

– Все нормально, – коротко ответил я, не желая грузить ее подробностями.

– Папа сегодня пришел очень довольный и ничего не говорит, – поделилась мама.

Хотелось сказать: «Так ясно, почему не говорит. Продавил свою волю в очередной раз и рад стараться». Но я промолчал, не желая раздувать вечный конфликт отцов и детей.

– Значит, у него тоже все нормально, – подвел итог я. – Ладно, мамуль, я за рулем. Спокойной ночи вам! Обнимаю!

В целом, хоть у меня довольно строгий отец, но он никогда не делал ничего мне во вред. Да, он может быть жестким и своевольным, но если абстрагироваться и взглянуть на самого себя со стороны, то я абсолютно такой же. Как говорится, от осинки не родятся апельсинки.

Наши отношения с отцом всегда умело нейтрализовала мама. Мне всегда казалось, что в ней хватит любви и тепла еще на сотню детей, но все эти чувства она дарила мне. Я рос единственным ребенком в семье. Наследником своего влиятельного отца.

В следующие дни на работе, сам того не желая, я начал приглядываться к девушке. Тоненькая скромная девчонка с зелеными глазами как у хитрой лисы. С удовольствием я отметил, что в ней нет той наглости и вульгарности, какую я привык видеть в своих подружках. Какая-то утонченная, совершенно другая красота.

Хрупкая высокая брюнетка с пышной копной непослушных волос. Высокие скулы, губки бантиком, как будто она их надула, слегка обижаясь на что-то. Иногда у нее проскальзывал томный задумчивый взгляд. Она сразу подкупила меня тем, что понимала мои шутки, и в эти моменты ее лицо озаряла красивая открытая улыбка, а глаза становились совершенно лисьими.

Иногда она была живой и непосредственной, но в основном держалась очень холодно и отстраненно. Да и не мудрено, если с первого дня я выкатил ей целый свод правил. Девчонка старательно сохраняла дистанцию и все равно, не смотря на мои просьбы, называла меня Филиппом Сергеевичем, хотя мне всего 27.

У меня не получалось злиться или ругать ее, даже когда она ошибалась и делала что-то не так, как мне хотелось. Приходилось брать себя в руки, включать серьезную мину и спокойным тоном объяснять ей, что не так. В эти моменты она заметно расстраивалась, но прятала свои эмоции за ледяной стеной. От этого я ненавидел себя еще больше и не придумывал ничего лучше, чем уйти к себе в кабинет и не выходить оттуда как можно дольше, чтобы ее не трогать.

Правда, за полчаса совесть успевала меня окончательно измучить, и я находил повод, чтобы выйти из кабинета и проверить как там она. Глаза отводит, на вопросы отвечает односложно.