Запрет на выдачу информации.
Я нахмурился.
— Что за директива номер три?
— Информация скрыта. В доступе отказано, — непреклонно ответила система.
— Кем установлен запрет?
— Информация скрыта. В доступе отказано, — в третий раз отфутболила меня система, после чего я почувствовал, что начинаю злиться.
— Слышь, ты… болванка необученная! Тебя для чего создавали, а⁈ Я — единственный наследник рода! И твоя задача — помочь мне выжить!
Система неуверенно мигнула.
— Ответ… положительный, — с небольшой заминкой согласилась она. — Директива номер два: сохранить результат протокола «Наследник» любой ценой. Директива номер один: сохранить род Расхэ любой ценой.
— Без информации по магическому дару и его особенностям у моей семьи я — труп, — с нажимом продолжил я. — Скрывая от меня эти данные, ты нарушаешь директивы номер два и номер один! Так что давай, пораскинь своими электронными мозгами, определись с приоритетами и открой мне этот долбаный файл, пока я тебя к чертям собачьим не заблочил!
— Приоритет директивы номер два, — неожиданно сдалась на мою милость система. — Приоритет директивы номер один. Доступ к скрытым файлам разрешен.
— Другой разговор… так что за проект «Гибрид-2»?
— Проект открыт для изучения, — на удивление быстро согласился шар. — Права доступа ограничены просмотром.
После этого на экране возникло несколько десятков папок с понятными, полупонятными и совсем уж непонятными названиями, а также целый список текстовых файлов, в которые я первым же делом и углубился.
Увы. Обилие чужеродных терминов делало их изучение крайне непростой задачей. Даже синхронный перевод не всегда помогал. Поэтому доподлинно я выяснил только то, что тан Альнбар Расхэ в последние несколько лет очень плотно работал с инновационным материалом под названием найниит. И что передо мной находятся документы, описывающие техническую сторону процесса.
Немного подумав и признав, что пока не готов к их вдумчивому изучению, я отложил документы в сторону и решил заглянуть в оставшиеся папки. И вот они порадовали меня гораздо больше, потому что внутри оказались размещены многочисленные видеофайлы. Причем пронумерованные файлы, самый первый из которых был датирован первым июня шесть тысяч восемьдесят четвертого года, а последний — позапрошлым месяцем.
Самое же интересное заключалось в том, что на видео присутствовал не только тан Альнбар Расхэ, но и, что совсем удивительно, я сам! Вернее, тот, еще прежний Адрэа Расхэ, которого отец, оказывается, тоже привлек к экспериментам. Более того, первый из них он провел, когда мальчишке было всего три года. И на записи было хорошо видно, что исходом того эксперимента глава рода оказался более чем доволен.
Правда, в чем заключалась его суть, я поначалу не уловил.






