— Сколько времени займет загрузка всей базы?
— От шести до восьми дней.
Сколько-сколько⁈
Я аж в осадок выпал, представив, что почти месяц проведу в медицинской капсуле, потому что Эмма вдобавок сообщила, что процесс передачи данных прерывать нельзя. Грозила какими-то осложнениями, сумасшествием и прочими «приятными» вещами, если я вдруг надумаю остановиться. Более того, все это время мне предстояло провести в медикаментозном сне. Непрерывно. Само собой, в капсуле было предусмотрено автоматическое питание через трубку, что меня несколько успокоило. Также там имелась и система выведения отходов. Тоже… ну понятно через какое место. Последнее известие на какое-то время привело меня в несколько неуравновешенное состояние, но по большому счету это был единственный приемлемый вариант.
За оставшийся месяц, пока в убежище не закончатся вода, еда, пригодный для дыхания воздух и не сдохнет магически заряженный генератор, я точно не сумею самостоятельно изучить то, что мне следует знать для успешного внедрения в местное общество. Плюс мне позарез нужна была сама Эмма. Без нее я в новом мире не проживу и дня. В таком виде, как сейчас, то есть с пуповиной на спине и летающим шаром над головой, на улицах появляться было нельзя. А значит, выбора у меня, по сути, и не было.
— Ладно, — вздохнул я, бросив беспокойный взгляд на тихонько стоящую в стороне медицинскую капсулу и в очередной раз взвесив все за и против. — Решили так решили… Эмма, сколько времени тебе понадобится на подготовку к слиянию с учетом новых данных и необходимости переноса в мою память твоей информационной базы в полном объеме?
— Два с половиной часа, — спокойно ответила система.
— Тогда начинай, — с тяжелым сердцем велел я, отпуская шар на свободу.
После чего развернулся и направился к холодильнику — надо было морально подготовиться. Заодно раздеться, потому что процедура подразумевала серьезное вмешательство. А еще поесть и заранее сходить в туалет, раз уж в ближайшие несколько недель мне такое счастье не светит.
[1] Название местного языка.
Глава 4
О том, как я устраивался в проклятой капсуле, пожалуй, рассказывать не буду. Это стремно. О том, как прошли последующие несколько недель, тем более не скажу — я этого попросту не запомнил. О том, сколько мата из меня вылилось после пробуждения вместе с содержимым сразу двух трубок, вовсе не стоит упоминать. Достаточно того, что когда я пришел в себя и избавился от всех воткнутых и вставленных в мое тело медицинских атрибутов, то чуть не сдох. Потом еще, наверное, минут тридцать тупо лежал на мягком ложе, будучи не в силах пошевелиться. Ждал, когда включившаяся система очистки смоет с меня прозрачный гель, а вместе с ним и всю накопившуюся за месяц грязь.
Потом, конечно, я попытался подняться.






