ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Андрей Ростов просыпается в чужом мире — в теле убитого восьмилетнего мальчика, среди трупов и пожара чужого поместья. Род Расхэ уничтожен по приказу императора, отец обвинён в измене, а единственный... Протокол "Наследник" Александра Лисина Андрей Ростов просыпается в чужом мире — в теле убитого восьмилетнего мальчика, среди трупов и пожара чужого поместья. Род Расхэ уничтожен по приказу императора, отец обвинён в измене, а единственный... Часть 1 Попаданец. Пролог Я пришел в себя от громкого гула, словно на крышу дома, где мы вчера шумно праздновали выпускной, пытался приземлиться вертолет. Впрочем, какой вертолет? На побитую временем хрущевку, где два моих одногруппника снимали жилье и где мы всей группой решили зависнуть после сдачи «госов», не то что приземляться — смотреть было страшно! Старая, обшарпанная, с покоцанными углами… Выходить на балконы в этой развалюхе вообще не рекомендовалось — они еще лет пять назад выглядели так, словно вот-вот развалятся! Однако нас это не смутило: пьяным, как известно, море по колено. Я так вообще с Коляном поспорил, что пройдусь по перилам на руках без страховки. Поспорил, угу. Вот только чем дело закончилось, непонятно. Меня, кажется, вырубило, но, может, оно и к лучшему, потому что вчера я конкретно перебрал. Я наморщил лоб, пытаясь вспомнить, действительно ли сдуру поперся доказывать собственную крутость перед приятелями, но голова соображала плохо. Лоб немилосердно болел, словно по нему какая-то добрая душа шарахнула битой. В гру

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По дороге мне попалось несколько лежащих на полу мужских тел. Все они оказались одеты в обычную домашнюю одежду, в большинстве своем не были вооружены и среди них я не заметил людей в той же броне, как тот бугай, что пытался меня убить. Вероятно, это местные, у которых не хватило сил противостоять нападавшим. И полагаю, раз уж больше никто не шумел, то, кроме меня, в доме живых не осталось.

Вскоре я наткнулся на распростершуюся поперек коридора женщину в длинном черном платье и белоснежном чепчике. Видимо, служанка. А потом и вторую увидел, убитую, как и первая, одним-единственным выстрелом в голову. Чуть позже, проходя мимо сорванной с петель двери, заметил лежащую на полу мертвую девочку в розовой сорочке, рядом с которой в луже крови распласталась симпатичная девушка лет пятнадцати-шестнадцати, и снова выругался.

Проклятие! Да что же здесь произошло⁈

— Этрэ варо! — сухо напомнила о себе система оповещения, вынудив меня отвернуться и, скрипнув зубами, двинуться дальше.

Ориентируясь на зеленых светлячков, я добрался до конца коридора, после чего свернул и уперся… в тупик.

Протерев слезящиеся глаза, я еще раз огляделся, но дальше ходу действительно не было. Ни двери, ни окна. Один только зеленый огонек горел прямо передо мной, время от времени издевательски подмигивая.

Недолго думая, я приложил к нему ладонь, затем для верности поводил туда-сюда, надавил на стену в надежде, что там найдется скрытая панель, рычаг или спасительная кнопка. Видя, что это не срабатывает, постучал там и сям, ожидая, что где-то найдутся пустоты, однако толку это не принесло — передо мной ни дверь волшебным образом не раскрылась, ни лестница не возникла.

Что за черт?

Если тут ничего нет, то на кой хрен надо было издеваться⁈

— Этрэ варо! — в очередной раз напомнила о себе механическая леди. — Тен ворна тераторэ!

Я вместо ответа поковылял было обратно в надежде, что у меня еще есть время добраться до подвала. Но увы. Бушующий снаружи огонь, похоже, добрался до верхнего этажа, потому что в тех проемах, мимо которых я недавно прошел, уже виднелись отблески подбирающегося огня. На втором этаже тоже вовсю полыхало — из-под ковров тут и там сочился едкий дым, а кое-где начали пробиваться первые языки пламени.

Я уже не успею вернуться. И у меня нет времени искать другой выход.

— Этрэ варо…

— Да заткнись ты! — не сдержавшись, рявкнул я. — Дверь лучше открой, дура!

Дура не дура, но система и на этот раз послушно умолкла. А потом рядом со мной что-то зашелестело, и я краем глаза заметил, что в одном месте казавшаяся монолитной стена стала неоднородной. Пространство перед ней явственно поплыло, как если бы на ее поверхности появился невесть откуда взявшийся полупрозрачный (голографический?), правда, абсолютно пустой экран.