ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Асия вышла замуж по расчёту — отец убедил её, что Валид Рудзиев станет надёжной защитой. Но брачную ночь она проводит в гостевой комнате, затыкая уши, пока муж занят с любовницей в соседней. Фиктивный... Валид. Вторая жена Оксана Барских Асия вышла замуж по расчёту — отец убедил её, что Валид Рудзиев станет надёжной защитой. Но брачную ночь она проводит в гостевой комнате, затыкая уши, пока муж занят с любовницей в соседней. Фиктивный... Глава 1 Моя брачная ночь начинается со стонов из соседней комнаты. Не гостевой, а хозяйской. Я закрываю уши руками и пытаюсь не вслушиваться в чужие голоса — один мужской и один женский. И если второй мне незнаком, то первый я смогу различить даже в толпе. Валид Рудзиев. Уже двенадцать часов как мой муж. Мне бы встать и дать ему знать, что они не одни в квартире, но я будто приколоченная продолжаю лежать и укрываться одеялом по самую макушку. В надежде, что всё закончится, и я смогу уснуть. — Ва-а-алид, — раздается громкий протяжный стон, и я зажмуриваюсь. Сама не замечаю, как прикусываю кулак, но боль не отрезвляет. Я продолжаю беззвучно плакать. Не знаю, сколько проходит времени, но в какой-то момент в спальне утихает шум. Сначала становится тихо, а затем повторно скрипит кровать. На этот раз не бьется о стену. Просто кто-то встает с нее и идет к выходу. Я же вся замираю и прикусываю губу. Боюсь, что мое присутствие заметят. Ведь меня здесь быть не должно. И я не знаю, как после услышанного сказать Валиду, что я не в доме его родителей, как

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чувство обиды режет горло, и слова застревают, так и не вырвавшись.

И я молчу, хотя мне есть что сказать. И Виктории, и Валиду.

Ведь эту квартиру нам купил мой отец.

Глава 2

Оказавшись в комнате, в которой провела ночь, первым делом я снимаю с себя свадебное платье. Достаю спортивный комплект и надеваю его, чувствуя облегчение. В нем я словно укрываюсь от внешнего мира и согреваюсь, ощущая себя в безопасности.

Вглядываюсь в зеркало, стоящее у окна, и рассматриваю в отражении свое лицо. Черные волосы всё еще вьются локонами, и я снимаю с головы шпильки, которые больно впиваются в голову.

Лицо после тяжелой ночи от недосыпа выглядит бледным и изможденным, под глазами появляются темные круги, которые совсем не красят, и я чертыхаюсь, ведь перед мужем появилась в таком неприглядном виде.

Невольно, не сумев совладать со своей женской сущностью, продолжаю изучать себя в зеркале. Сравниваю с той, кто завладел сердцем Валида Рудзиева.

Мы с ней полные противоположности. Как день и ночь. И не только внешне, но и внутренне.

Едва не смеюсь, вспомнив слова своего отца.

«Сделай так, чтобы он тебя полюбил, Асия. Такой мужчина, как Валид, защитит тебя от всех».

Когда мысли возвращаются к отцу, сердце наполняется болью, а взгляд затуманивается, но в себя меня приводит щелчок замка в двери. Она открывается, и в отражении я вижу, как внутрь осторожно входит Валид.

Он недоволен и зол, сжимает челюсти, на скулах аж желваки играют, делая его лицо совсем неприветливым.

Я зажимаюсь и, кинув взгляд на зеркало, замечаю, как вся меняюсь при его появлении. Мышцы словно натягиваются, спина горбится, губы поджимаются, а взгляд становится таким затравленным, что я быстро отвожу свой взгляд и оборачиваюсь, глядя на подбородок Валида.

— Асия, — раздается его напряженный голос, и я провожу языком по губам, чувствуя их сухость.

Я сжимаю зубы, чтобы не выпалить то, что привычно моей натуре. Меня с детства приучали извиняться заранее, еще до того, как мужчина семьи скажет о своем недовольстве вслух.

Кротость, покорность и молчаливость. Вот три основы, которые составляют мою повседневную жизнь. Тетя Найля с самого детства учила меня, как быть хорошей девочкой, которая не смеет противостоять мужчине и злить его. Как быть незаметной, чтобы не навлечь на себя чужой гнев.

Я же впервые за свою жизнь давлю в себе тягу снова стать удобной. Будь у меня железный характер и воля, я бы не оказалась сейчас здесь, связанная узами с мужчиной, которому я совершенно не нужна.

— Я должен перед тобой извиниться, Асия.

Я вскидываю голову, в напряжении глядя на Валида. Не верю, что услышала всё верно. Он что… правда извиняется передо мной?

— З-за ч-что? — выдыхаю я, заикаясь, когда Валид морщится, явно подбирая слова и не находя их.