Если ты сейчас не простишь меня, я буду делать всё, чтобы это произошло. Я люблю тебя, моя девочка, я люблю тебя, и это правда. Я хочу, чтобы ты и наша дочь всегда были рядом. Не плачь, пожалуйста, милая, не плачь.
Я не успела опомниться, как Глеб оказался рядом. Он нежно стирал слёзы с моих щёк и целовал меня. Неужели я так быстро сдамся? Неужели так легко поверю его словам?
– Нет, Глеб, – прошептала я, – не так быстро. Я не могу…
– Я всё понимаю, – ответил он. – Не тороплю тебя. Но сегодня ты поедешь со мной в мою квартиру, а через пару дней – в дом, который по праву принадлежит тебе и Даше.
– Нет, в дом я точно не поеду, – возразила я. – Там твои родственники.
– Со всеми всё улажено, – сказал Глеб. – Ты больше не увидишь Снежану и Антона, пока сама этого не захочешь. А мой брат уедет на Север, там ему есть над чем поработать. Пожалуйста, не отталкивай меня. Позволь быть рядом.
Не успела я ответить, как на кухне появилась Даша. Растрёпанная и заспанная, она подошла к нам.
Глеб опустился на колени и с нежностью посмотрел на дочку. Словно почувствовав своего отца, Даша сама потянулась к нему и обняла.
– Привет, моя любимая девочка! Я так соскучился по тебе и по маме.
Глеб взял ребёнка на руки. Даша не заплакала, а посмотрела на меня и улыбнулась. Мне же хотелось плакать от счастья и радости.
– Я твой папа.
– Папа, – повторила Даша, а Глеб обнял меня.
Нет, никто не простит его так быстро, это не работает. Но я дам нам второй шанс, не сразу, но всё же. Никто не знает, как сложатся наши отношения в быту. Но не попробовать будет глупо, а строить из себя гордую обиженную женщину – тоже.
– Ты поедешь в свой новый дом, Даша?
Дочка утвердительно кивнула. Она уже всё решила за меня.
***
Прошёл год
– Девочки, хватит, вылезайте из воды. Вы уже целый час плещетесь.
– Нет, мама, мы ещё хотим!
– Нет, вылезайте. Обед уже готов, и перестаньте обливать собаку, она не успеет высохнуть до вечера.
Золотистый ретривер радостно бегал рядом, тряс мокрой шерстью. Бантику – так девочки назвали собаку – очень нравились такие игры, а мне уже не очень.
Через десять минут мне всё же удалось уговорить их выйти из воды. Я усадила их на шезлонги и предложила погреться на солнышке.
Прошёл год, и Даша со Стеллой подросли. Стелла осталась с нами, а Снежана, кажется, решила расстаться со своей дочерью и развестись с Антоном. Вскоре она собирается выйти замуж за какого-то состоятельного иностранца.
Глеб оформил все необходимые документы и теперь официально является опекуном девочки. Однако Стелла называет меня мамой, а Глеба – папой, как и Даша. Мы не против.
Стелла – хорошая и добрая девочка. Я думаю, ей даже лучше жить в любящей семье. Но мы не будем скрывать от неё правду. Антон тоже не проявляет никаких эмоций по отношению к своему ребёнку, но это уже не наша забота.






