Я понимала, что в этой жизни никто не поможет мне, кроме меня самой. Поэтому я должна была учиться, работать и идти к новым вершинам, ни на кого не надеясь. Быть где-то жесткой, даже может быть местами жестокой.
В будущем я хотела встретить достойного человека, создать семью и дать своим детям то, чего была лишена в детстве: дом, заботу, уют и внимание, любовь. Всё то, чего никогда не было у меня. Это было естественное желание, к которому я стремилась в то время.
Когда пришла в компанию, то старалась держаться уверенно, но рядом со Зверевым всё равно терялась, хотя он хорошо ко мне относился. Был, как и все начальники, строг, но палку не перегибал. Его все боялись и уважали, авторитет Зверева был нерушим.
Иногда только Глеб Данилович смотрел на меня как-то особенно. Я ловила на себе его взгляды, но он тут же хмурился, опускал взгляд в бумаги и давал мне какое-то указания, загружая себя и меня работой.
Когда он был рядом, моё девичье сердце трепетало от счастья. Я бежала на работу, как на праздник, и даже Наташка заметила, что я сияю, словно во мне зажглись сотни лампочек.
Наша первая близость случилась во время командировки. Мы улетели в другой город на частном самолёте. Я вообще тогда впервые летела на самолёте и старалась сдерживать свои эмоции, чтобы не хлопать в ладоши и не улыбаться, как ненормальная, от радости.
Но, наверное, у меня это не очень хорошо получалось. А Глеб Данилович наблюдал за мной и тоже улыбался. Я, наверное, его забавляла. Каждый взгляд мужчины, каждый вопрос о моей жизни пробуждал во мне надежду на нечто большее.
Мечтала, что сказка про Золушку станет реальностью, и этот принц ответит взаимностью.
Не смогла в него не влюбиться. И знала, что все женщины в компании – и молодые, и не очень – были им очарованы. Зверев был завидным холостяком и очень богатым мужчиной, красивым, с великолепной фигурой, подтянутым, уверенным в себе. Глеб обладал сильной харизмой и не мог не вызывать никаких чувств.
Наша с ним близость случилась, даже я могу сказать, что неожиданно. На второй вечер после совещания и конференции мы остались наедине в его номере, и всё как-то произошло само собой.
Я не сопротивлялась и не отталкивала его, наоборот, сама тянулась к нему. Принимала поцелуи с трепетом бабочек в животе, его губы были мягкими, теплыми, но в то же время настойчивыми. Глеб целовал шею, сводил меня с ума, я возбуждалась, чувствуя, как моя киска сочится влагой, как ею пропитываются трусики.
Не думала, что близость с мужчиной может быть столь острой и невероятной. Глеб аккуратно уложим меня на кровать, медленно, словно спрашивая разрешения задрал платье, смотря в глаза, а когда накрыл мою промежность пальцами, снова поцеловал, массируя клитор через ткань трусиков.
Я кончила первый раз через минуту.






