– Если ты получишь эти деньги, лишив кого-то жизни, они никогда не принесут тебе счастья, – мама обращается к Виталию.
– О, здесь ты глубоко ошибаешься! – злорадно кривит губы. – Я буду долго праздновать свою победу. Павел специально утаил от меня своё новое завещание. Я сказал ему, чтобы он не искал твою сестрицу, но старый пиздюк сделал по-своему. И теперь страдают все.
Мы с мамой переглядываемся. Нас обеих покоробило, как негативно он отозвался о своём отчиме.
– Так что можете его поблагодарить за свою скоропостижную кончину, когда встретитесь на том свете.
– Я на это не подписывался, – подаёт голос Лёша. – Я, вообще, не с ними. Подвёз только. Отпусти меня! Я никому ничего не расскажу.
– Заткнись, мразь! Я, блядь, сейчас на взводе! Ещё слово, и ты будешь первым трупом.
– Не надо! Молчу…
Слышится шум в холле, и мы дружно навостряем слух.
– А вот и подмога, – радуется Виталик. – Как вы меня достали. Скоро, блядь, всё закончится.
Я смотрю на входящих в комнату людей и отказываюсь верить собственным глазам.
Это же Никита Лавров.
Ничего себе. Значит, он заодно с этим скользким типом.
Позади мужчины останавливаются несколько здоровенных охранников, и уже самой последней в гостиную заходит Виктория.
Я гулко сглатываю.
Если сейчас здесь ещё появится Артур и скажет, что он всё это время обманывал меня, я сама лично пущу себе пулю в лоб.
Эти люди ненормальные.
Они все – самые настоящие сумасшедшие. Да им место в дурдоме!
– Мама, – зову трясущимся голосом.
Во мне уже не осталось веры в людей. Вокруг меня – одни предатели, лгуны и преступники. А всё из-за чёртовых денег отца.
– Милая, не переживай. В этот раз ты можешь мне довериться.
Смотрю на неё непонимающим взглядом. Почему она держится так уверенно? Разве она не понимает, что мы попали в настоящий тупик?
– Оксана, – обращается ко мне Лавров.
Мама тут же хватает меня за руку.
– Не разговаривай с ним! – предостерегает серьёзным тоном.
– Мы здесь не для разговоров, – ухмыляется Никита. – Виталий, дай девушке документы на подпись. Не будем оттягивать.
Юрист, словно собачка на коротком поводке, быстро встрепенувшись, кладёт стопку бумаг на журнальный столик прямо передо мной.
– Давай сразу расставим все точки над i, – продолжает Лавров, – эти деньги никогда не были твоими. И не должны были стать. У Павла случилось временное помутнение на фоне болезни и литров химикатов, которые в него вливали последние месяцы. Поэтому сейчас ты со своей тётей и страдаешь.
– Мамой! – перебивает его.
– Как вам угодно.
– Артур с вами заодно? – спрашиваю я, искренне надеясь услышать отрицательный ответ.
– Артур, – Лавров задумчиво произносит его имя, – Артур оказался не так хорош, как мы считали. Может, и к лучшему, что появилась ты. Только так я понял, что этот парень нам на хер не сдался.






