ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эля потеряла мужа и почти потеряла себя — до той осенней встречи, когда в толпе её окликнул голос из прошлого. Артур Шахов, первый и единственный, перед которым она когда-то бежала без оглядки. Теперь... Бывшие Амина Асхадова Эля потеряла мужа и почти потеряла себя — до той осенней встречи, когда в толпе её окликнул голос из прошлого. Артур Шахов, первый и единственный, перед которым она когда-то бежала без оглядки. Теперь... Пролог Стояла глубокая ночь. Всеми фибрами души я чувствовала, насколько сильно Артур был разъярен, потому что я вновь сбежала от него. Как и тогда, много лет назад. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда его черный внедорожник выплыл из леса подобно зверю и ослепил меня яркими прожекторами. Мы оба замерли. Я – по колено в снегу, а он – сидя в машине. Шахов притаился и ждал, что я вновь побегу, но я застыла на месте, находясь вне себя от злости и оцепенения. Мне было невыносимо от правды, которую я узнала, но еще хлеще было от того, как нарочито медленно Артур выходил из машины и приближался ко мне. – Выходи из сугробов, Эля. Ты простудишься, а тебе еще рожать. Если я побегу, он не побежит следом. Шахов просто сядет в машину и настигнет меня в два счета, переехав по чищенной дороге на другую сторону поля. Да и куда мне здесь бежать? Вместо слов Артур хватает меня за руку и с легкостью вытягивает на дорогу из моего снежного укрытия, куда я провалилась, скрываясь от него. Шахов принимается заботливо отряхивать мою одежду от снега. А что он сдела

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пусть наша дочь сама решает, с кем ей дружить, – не выдерживаю я.

Мне становится неудобно перед Андреем, который с некоторым интересом наблюдал за неспокойным Артуром. Что на него вообще нашло? Почему он запрещает нашей дочери общаться с этим мальчиком? Неужто из-за соображений своих взрослых недомолвок с Самойловым?

Мы встречаемся с Артуром взглядом. Я не понимаю, почему Андрей все еще стоит рядом с нами прямо над душой, но не сказать этого Артуру я не могу, поэтому добавляю тихо:

– Это наша дочь. Если ты меня ограничиваешь и ревнуешь к каждому столбу, то пусть это не касается нашей дочери.

Это ведь явная ревность, впрочем, к которой примешалась еще и личная неприязнь.

– Хорошо, но только с кем дружить, – бросает Артур.

Он берет меня за руку и, не говоря Андрею больше ни слова, отходит. Но недалеко, чтобы иметь возможность наблюдать за дочерью и ее новым другом.

Я провожу ладонью перед его лицом, чтобы отвлечь внимание с дочери на других людей. У нас ведь праздник.

– Это наш дом, наши гости, Алина рядом. Не нужно за ней так тщательно следить, тем более что мальчик очень даже хороший, галантный и Алине он, на удивление, понравился. Пусть дружат.

– Она еще маленькая, чтобы ей кто-то нравился, – сжимает челюсти Артур.

– Но я ведь о дружбе говорю, перестань! – смеюсь я.

– Эля, я не хочу, чтобы она дружила с нашими конкурентами, – Артур впивается в меня взглядом.

– Они дети, Артур! Не вешай на мальчика ярлык конкурента. К тому же… Эй, если это судьба, то тебе придется смириться.

– Смириться?! – взрывается Артур.

Я хмурюсь и настойчиво добавляю:

– Да, именно смириться. Ты ведь не хочешь стать таким, как твой отец, что разлучил нас с тобою?..

Артур замирает, да и я тоже. Во взгляде мужа что-то меняется, он потирает свое лицо ладонью, словно сильно устал, и в следующую секунду прижимает меня к себе.

– Не хочу, безумно не хочу быть на него похожим…

Находясь в эпицентре событий среди множества наших друзей, мы были рядом друг с другом: и телом, и душой. Где-то рядом в гостиной Лера и Игорь говорили тост за нас, все дружно аплодировали, а я наблюдала, как издалека Алина играет с Вадимом, а рядом с ними стоит Андрей, который в свою очередь наблюдал за нами.

В момент, когда Лера, пребывавшая на 7 месяце своей второй беременности, договорила тост, все вновь зааплодировали, но мое внимание привлекло совсем другое.

Андрей Самойлов, вытянув руку с бокалом шампанского, отсалютовал мне и с таинственной улыбкой поднес бокал к губам. Не сводя с меня взгляда, он осушил его и посмотрел на наших детей – еще таких беззаботных, но уже так крепко сдружившихся.