ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эля потеряла мужа и почти потеряла себя — до той осенней встречи, когда в толпе её окликнул голос из прошлого. Артур Шахов, первый и единственный, перед которым она когда-то бежала без оглядки. Теперь... Бывшие Амина Асхадова Эля потеряла мужа и почти потеряла себя — до той осенней встречи, когда в толпе её окликнул голос из прошлого. Артур Шахов, первый и единственный, перед которым она когда-то бежала без оглядки. Теперь... Пролог Стояла глубокая ночь. Всеми фибрами души я чувствовала, насколько сильно Артур был разъярен, потому что я вновь сбежала от него. Как и тогда, много лет назад. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда его черный внедорожник выплыл из леса подобно зверю и ослепил меня яркими прожекторами. Мы оба замерли. Я – по колено в снегу, а он – сидя в машине. Шахов притаился и ждал, что я вновь побегу, но я застыла на месте, находясь вне себя от злости и оцепенения. Мне было невыносимо от правды, которую я узнала, но еще хлеще было от того, как нарочито медленно Артур выходил из машины и приближался ко мне. – Выходи из сугробов, Эля. Ты простудишься, а тебе еще рожать. Если я побегу, он не побежит следом. Шахов просто сядет в машину и настигнет меня в два счета, переехав по чищенной дороге на другую сторону поля. Да и куда мне здесь бежать? Вместо слов Артур хватает меня за руку и с легкостью вытягивает на дорогу из моего снежного укрытия, куда я провалилась, скрываясь от него. Шахов принимается заботливо отряхивать мою одежду от снега. А что он сдела

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Точнее, это он думает, что я сбежала в то время, когда мне просто был необходим свежий воздух.

Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда его черный внедорожник свернул с трассы на проселочную дорогу подобно зверю и ослепил меня яркими прожекторами.

Мы оба замерли. Я – стоя в обуви на холодной земле, а он – сидя в машине. Шахов притаился и ждал, что я вновь побегу, но я застыла на месте, не собираясь никуда бежать и находясь вне себя от злости и оцепенения.

Мне было невыносимо от правды, которую я узнала, но еще хлеще мне было от того, как нарочито медленно Артур выходил из машины и приближался ко мне.

– Иди ко мне, Эля. Ты простудишься, а тебе скоро рожать.

Если я побегу, он не побежит следом. Шахов просто сядет в машину и настигнет меня в два счета. Да и куда мне здесь бежать? А главное: зачем?

Вместо слов Артур хватает меня за руку и с легкостью вытягивает меня на дорогу из моего небольшого укрытия, куда я случайно забрела, скрываясь от него. Шахов принимается заботливо отряхивать мою одежду.

А что он сделает после?

Я непроизвольно дергаюсь, когда его пальцы впиваются в мой подбородок, подобно прикосновению ледяного металла. Не скрываю своего страха и шарахаюсь от его мощной фигуры. Все на уровне инстинкта – от сильных держусь подальше.

– А ведь спустя столько лет у нас все наладилось, Эля, – прошептал он так, чтобы я чувствовала нежность и ярость в одном флаконе.

Его глаза горели и нежностью, и яростью.

Я пятилась, а он наступал. Я была жертвой, а он… кем был он? Мне было холодно и страшно, а ведь всего несколько часов назад я лежала в теплой постели, добровольно отдаваясь в его полную власть и целуя его губы, которые сейчас изогнулись в жестокой усмешке.

Еще пару часов назад я гладила его руки и обнимала его тело, а Артур собственнически прижимал меня к себе, пока мы засыпали.

Всего пару часов назад.

– Элечка, что случилось? – нарочито спокойно.

Артур делал вид, словно не догадывался, что случилось.

Словно не хотел верить в то, что я все знаю.

– Ничего. Никогда. Не наладится… – судорожно шепчу я по слогам.

Дрожу, потому что ощущаю его безграничную власть.

Я ведь знаю, каким жестоким он может быть.

Мы возле леса. Одни. Только на его стороне – мужская сила, а у меня нет ничего. Я вижу по его глазам, что он все понял. И я обо всем знаю.

Мне хочется закричать и признаться в том, что я все знаю, но именно в этот момент вихрь сильного ветра набрасывается на наши изнеможденные фигуры, едва не сбивая меня с ног.

И так я попадаю в плен его рук.

Как и этой ночью, когда я добровольно предавалась любви, расплавляясь под его прикосновениями.

– Нет, Эля. Нет, нет, нет! Я люблю тебя, слышишь? – зашептал он, удерживая меня в кольце своих рук, подобно безумному.

Шахов запрокинул мою голову вверх, и свет от его фар ослепил меня.