Это событие взволновало ее, она почувствовала себя взрослой, но очень скоро новизну положения сменила легкая неудовлетворенность. Она согласилась на предложение Эдварда лишь потому, что хотела сделать приятное отцу. Эдвард разделял взгляды Колина на индейский вопрос, был процветающим адвокатом в Прескотте и являлся членом законодательного органа территории. Возможно, в один прекрасный день он мог бы стать губернатором. Но она не любила его. Он был ласков, внимателен и даже привлекателен, несмотря на свой чопорный невозмутимый вид, но ее отталкивало его полное подчинение своей матери Софи. И ничто в степенном процветающем Эдварде Стэнли не будоражило кровь Иден.
Теперь же, находясь в компании отъявленных негодяев, уголовников, во главе с унижающим ее тело главарем, она сочла бы за счастье иметь такую свекровь, как Софи Стэнли, если бы можно было вернуться к прежней жизни.
— О милый, благородный Эдвард, что бы я только ни отдала, лишь бы снова пройтись с тобой по улице…
Иден подавила рыдание и заставила себя использовать эти несколько минут покоя для того, чтобы придумать хоть какой-нибудь план. Если бы только Джуд не наблюдал все время за ней, остальные-то были гораздо глупее и беззаботнее. Все ее предыдущие попытки сбежать наталкивались на бдительность главаря. Ей необходимо было убрать Джуда
со сцены, вывести его из строя. Тогда бы у нее появился шанс украсть одну из магазинных винтовок и попробовать организовать засаду вон за теми камнями у входа в ущелье, чтобы продержать бандитов здесь, пока не появится отец.
Джуд отложил оружие, привалился спиной к дереву и скрестил босые ноги. Теперь он уставил свои зеленые порочные глаза на Иден. На нем были только брюки. Приподняв свои ботинки, он сказал:
— Не почистишь ли слегка, Иден, любимая? Злобная издевательская усмешка искривила его губы.
Зная, что вслед за отказом последует очередное избиение, она решила не доставлять ему удовольствия проявлением эмоций, а просто подошла и взяла ботинки.
— Что ты хочешь от меня? У нас же нечем их чистить, — сказала она бесцветным тоном. Он злобно захихикал.
— А ты в качестве тряпки воспользуйся теми хорошенькими трусиками. Которые я сорвал с тебя прошлой ночью. Поплевывай да наводи блеск. А на трусы можешь сорвать кожу со старого седла.
Иден отвернулась, краснея от стыда, мужчины вокруг рассмеялись.
— Босс, когда ты поделишься с нами? —
раздраженно спросил Хэйвуд, потирая опухшие от сна маленькие поросячьи глазки.
— Ну разве я могу так поступить, не правда ли, дорогая? — заботливо спросил Ласло у Иден. — Этот хрупкий маленький цветочек принадлежит мне. И потом, если я так быстро потеряю к ней интерес, это разобьет ее сердечко.






