ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Единственная, Автор - Хенке Ширл, , Жанр - Исторические любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Единственная Хенке Ширл Единственная, Автор - Хенке Ширл, , Жанр - Исторические любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Глава 1 Территория Аризоны, 1863 год Часы на каминной полке в гостиной отзвонили три часа утра. — Сэр, сэр, вы можете подняться! — эхом прозвучал в длинном лестничном пролете провинциальный ирландский выговор Айлин О'Банион? Колин Маккрори перестал расхаживать по ковру гостиной и устремился к ступеням, перешагивая сразу через две, пока не оказался рядом с пухленькой горничной жены. Взяв ее за плечи, он спросил: — Элизабет… с ней все в порядке? Его живые, отливающие золотом глаза потемнели от усталости, а лицо осунулось от долгой бессонной ночи. Лицо Айлин расплылось в теплой улыбке. — Еще как. Ведь нас охраняют святые! С мисс Элизабет все прекрасно, сэр. Просто прекрасно. Продолжалось все долго, но вот только что она подарила вам красивую малютку, девочку. — Иден. Иден Элизабет Маккрори. Вот какое имя мы выбрали для девочки, — нежно сказал он, и улыбка стерла с его лица всю усталость. — У нее серебристые волосы матери и прелестные тончайшие черты лица, — журчала Айлин, но Колин уже спешил на звучный вопль ребенка. Ему еще никогда не доводилось слышать таких сладостных звуков. Территория Аризоны, 1880 год — Мистер Колин, не собираетесь же вы отправить

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В течение десятилетия, с 1867 по 1877 год, это испанское поселение было столицей и оставалось по-прежнему здесь самым крупным городком. И хотя английские названия

типа Маккормик-стрит и Мейер-стрит вытесняли испанские, в, архитектуре Пуэбло преобладали обшитые деревом глиняные постройки.

Колин натянул поводья у платной конюшни Сеттлера и передал коней мальчику-конюху.

— Оботри их хорошенько и накорми. Я поеду через час-другой.

Он сунул этому мрачному юному мексиканцу несколько серебряных монет, принятых весьма проворно.

Самый большой магазин города, «Торговый центр Уинслоу Баркера», располагался на этой же улице. У этого старого нечестивца найдутся для Колина Маккрори первоклассные товары, а не те заплесневелые продукты и бумазейные одеяла, которые он продает апачам из резервации.

Когда Колин подошел к большому зданию магазина, служащий как раз запирал широкие двойные двери. Большая длань Маккрори решительно легла на дверь и открыла ее.

— Мне нужны кое-какие вещи для переезда через границу. Срочно.

И, не дав юному клерку и рта раскрыть, решительно прошел внутрь, где уже царил полумрак.

— Мистер Маккрори… Мистер Баркер ужасно, сердится, когда не соблюдается режим закрытия… Но если он увидит, что это вы…

Решившись, юноша решительно кивнул, и рыжий хохолок на его голове дрогнул.

— Что бы вы хотели?

— Мне нужна пара добротных толстых одеял, бобы, кофе, бекон, кукурузная мука и пара сотен патронов калибра 40.44 для моего «ремингтона».

Парень вытаращил глаза.

— Вам предстоит длительное путешествие, мистер Маккрори?

— Может быть, — последовал лаконичный ответ. — Доставьте все это по возможности быстрее в платную конюшню Сеттлера. — Он вручил юноше двадцатидолларовую золотую монету. — Этого хватит на все, в том числе и на плату за твои хлопоты.

Лицо парня засияло, как солнце над пустыней, и он даже стал заикаться:

— С-спасибо, миллион раз

спасибо, мистер Маккрори!

Те, кто утверждают, что шотландцы скупы, просто никогда, не встречались с Колином Маккрори.

Колин зашел в несколько салунов в самой сомнительной части города, по которым слонялись ковбои, и порасспрашивал о Ласло. Нигде его не видели, и только в одном местечке с трудом припомнили, что какой-то парень проехал через город вчера утром и так торопился, что даже не остановился перемолвиться словечком. Описание этого человека соответствовало внешности парня, который помогал Ласло украсть трех лучших коней Маккрори до того, как похитили Иден.

Иден. Красивая и грациозная, его любимое единственное дитя, единственная связующая нить между ним и Элизабет, которой он стольким обязан. Его жена, по ее же собственным словам, была «полковым ребенком».