Казалось бы, что печальное событие это касалось только его двух сыновей – наследников да ближайших родственников. Но в силу целого ряда обстоятельств смерть эта послужила толчком к событиям, которые приняли со временем общенациональный характер и нашли свое отражение в истории социальных движений Соединенных Штатов Америки.
Как и некоторые другие старые крупные землевладельцы, Ван Ренсселеры получили свои земли в качестве дара от английских колониальных властей. Американская революция 1776 года подтвердила право этих землевладельцев на принадлежащие им угодья, конфисковав их только у противников революции. Старые землевладельцы, как правило, землю не продавали, а сдавали ее в аренду. Сроки аренды колебались, но были достаточно продолжительными, чтобы
дать возможность арендаторам освоить свой участок. Ван Ренсселеры сдавали земли в аренду навечно арендатору и последующим поколениям его наследников. Первые семь лет арендатор освобождался от уплаты аренды, а затем платил ежегодно от 10 до 14 бушелей пшеницы, 4 жирных курицы и один день в году отрабатывал па хозяина с парой своих лошадей. Арендатор имел право продать свой участок, но в этом случае он отдавал хозяину четверть полученной цены. Когда первые поселенцы заключали договора на аренду земли, стояли высокие цены на зерно. Расчищенная из-под леса земля давала высокие урожаи. Но с годами положение менялось; земля истощалась, и урожаи падали. Постройка канала Эри облегчила доступ на рынок зерна из западных районов, где вновь осваиваемые земли давали богатый урожай. Арендаторы в восточных штатах постепенно влезали в долги.
Ван Ренсселер владел более чем тремя четвертями миллионов акров земли, его угодья раскинулись па 24 мили вдоль Гудзона и на такое же расстояние по обоим берегам реки. Владеть таким огромным поместьем было дело далеко не простое. Купер прекрасно понимал это и в связи с кончиной Стивена Ван Ренсселера отмечал в частном письме: «Никто в этой стране не в состоянии сохранить такое поместье, как
принадлежащее Ренсселерам, если он не может постоянно расточать милости».
На день смерти хозяина арендаторы задолжали ему более 400 тысяч долларов. Стивен Ван Ренсселер при жизни не торопил арендаторов с уплатой недоимок и поэтому считался «хорошим патроном». Арендаторы надеялись, что в своем завещании он простит им все прошлые долги.
Но оказалось, что по завещанию все недоимки должны быть взысканными и составить часть наследства его двоих сыновей, которые потребовали скорейшего возмещения долгов. Арендаторы отказались платить. Когда в селения прибыли шерифы для взыскания долгов, их силой изгнали из поселков.






