И хотя при жизни литературная Америка не слишком-то жаловала Купера, после его смерти стало ясно, что из жизни ушел крупнейший американский писатель, снискавший своей стране мировую литературную славу. Через несколько дней в зале нью-йоркской городской мэрии состоялось траурное собрание, на котором председательствовал Вашингтон Ирвинг. Собравшиеся решили начать сбор средств на памятник Куперу и провести в ближайшее время публичный митинг, посвященный его памяти.
Собрать достаточно средств на постройку памятника не удалось, и собранные средства передали друзьям и родственникам писателя, которые на эти деньги соорудили небольшую статую Кожаного Чулка и установили ее на местном кладбище возле могилы писателя. В 1853 году дом Купера сгорел, и на его месте позднее был воздвигнут памятник писателю работы известного скульптора Виктора Сальваторе, который и сегодня стоит посреди небольшой площади на том самом месте, где жил и работал Фенимор Купер.
Публичный митинг памяти Купера состоялся в Нью-Йорке 25 февраля 1852 года, почти через полгода после кончины писателя. Председательствовал на нем известный общественный деятель
Даниэль Уэбстер. На митинге зачитали посвященные памяти писателя письма Ральфа У. Эмерсона, Германа Мелвилла, Вашингтона Ирвинга, Генри Лонгфелло, Джоржа Банкрофта, Ричарда Даны, Френсиса Паркмена. С лекцией «Жизнь, характер и гений Джеймса Фенимора Купера» выступил известный писатель Уильям К. Брайант. Многие присутствовавшие на митинге понимали всю справедливость слов Вашингтона Ирвинга: «Купер оставил в нашей литературе место, которое нелегко будет заполнить».
Ведущий литературно-критический журнал страны «Нортх америкен ревью», который, как мы знаем, не очень-то жаловал писателя при жизни, откликнулся на его кончину обстоятельной статьей известного историка и литератора Фрэнсиса Паркмена «Труды Джеймса Фенимора Купера». «Изо всех американских писателей Купер является наиболее оригинальным и наиболее типично национальным. …Его книги – правдивое зеркало той грубой трансатлантической природы, которая кажется такой странной и новой европейскому глазу. Море и лес – сцены наиболее выдающихся достижений его сограждан. И Купер чувствует себя как дома и на море, и в лесу. Их дух вдохновлял его, их образы запечатлелись в его сердце. И люди, воспитанные морем и лесом, – моряк, охотник, пионер – живут и действуют на страницах его книг со всей энергией и правдивостью подлинной жизни… От нас ушел наиболее талантливый и оригинальный из американских писателей».
За 130 лет, прошедших после смерти Джеймса Фенимора Купера, многое
изменилось в Соединенных Штатах Америки и в мире в целом.






