ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Фенимор Купер, Автор - Иванько Сергей Сергеевич, Серия - Жизнь замечательных людей [713], , Жанр - Биографии и мемуары, Документальная литература. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Фенимор Купер Иванько Сергей Сергеевич Фенимор Купер, Автор - Иванько Сергей Сергеевич, Серия - Жизнь замечательных людей [713], , Жанр - Биографии и мемуары, Документальная литература. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Глава I НА РУБЕЖЕ СТОЛЕТИЙ Озеро Отс?го – небольшое: около девяти миль в длину и до полутора миль в ширину. Скрытое высокими холмами и густым, подступающим к самому берегу лесом, расположенное вдали от дорог и крупных городов и селений, оно долгие годы отражало лишь блеск солнца да прибрежные деревья. Изредка проплывала по нему пирога индейцев, нарушал тишину рев медведя или волчий вой. И снова наступала тишина, нарушаемая шумом воды в реке Сасквеханне, вытекающей из южной части озера. И в наши дни на его берегах расположены только два небольших поселка – Спрингфильд – на северном берегу и Куперстаун – на южном, где берет начало Сасквеханна. Куперстаун основан Вильямом Купером, отцом известного американского писателя Джеймса Фенимора Купера, раннее детство которого прошло на берегах Отсего и Сасквеханны. Вильям Купер был американцем в четвертом поколении. Его прадед Джеймс Купер родился в 1661 году в Стрэтфорде-на-Авоне в Англии, молодым человеком он эмигрировал в Америку, где поначалу обосновался в штате Нью-Джерси. В 1683 году он п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но он растет в наших глазах до самой заключительной сцены, которая, вероятно, является самой лучшей, и уж, конечно, самой трогательной во всей книге. Один из моих друзей сказал об уходе Натти: «Как бы мне хотелось уйти вместе с ним».

Читатель может только догадываться, как и где провел свою юность и зрелые годы Натти. Он предстает перед нами на склоне лет, но все еще сохранивший детскую доверчивость, открытость, нежелание и неспособность понять всю глубину происходящих в жизни перемен. Душой и мыслями Натти принадлежит уходящему прошлому, но своей реальной жизнью, своими действиями

он невольно прокладывает путь буржуазной цивилизации, которую сам он не может воспринять. Он – «один из первых среди тех пионеров, которые открывают в стране новые земли для своего народа». И тем величественнее и значимее становится этот простой человек. На эту особенность образа Натти указывал А.М. Горький: «Он всю жизнь бессознательно служил великому делу географического распространения материальной культуры в стране диких людей и оказался неспособным жить в условиях этой культуры, тропинки для которой он впервые открыл. Такова часто судьба многих пионеров-разведчиков, людей, которые, изучая жизнь, заходят глубже и дальше своих современников. И с этой точки зрения безграмотный Бампо является почти аллегорической фигурой, становясь в ряды тех истинных друзей человечества, чьи страдания и подвиги так богато украшают нашу жизнь».

Столкнувшись с реальностями цивилизации, на этот раз в виде «толстого кармана судьи Мармадьюка Темпла» да «кривых путей закона», потеряв своего последнего друга Чингачгука, Натти выбирает единственный приемлемый для себя путь – уход дальше на Запад. Его не прельщают ни удобства цивилизации – они органически чужды ему, ни предложения молодой четы Оливера и Элизабет провести остаток жизни безбедно вместе с ними. Но Натти, по его словам, рожден, чтобы «жить в лесной глуши».

Оливер и Элизабет от души сочувствуют обнищавшим и обездоленным могиканину и Кожаному Чулку, но не могут, не способны понять ту высшую человечность, которая движет всеми поступками Натти. И он уходит на Запад, навстречу трудностям и невзгодам, которые, по его словам, и являются «самой большой радостью, какая еще осталась у меня в жизни».

В одной из своих статей Купер отмечал, что действующий писатель, чтобы «поддерживать свою репутацию», должен или «возделывать новое поле, или же собирать более богатый урожай со старого». Сам он все время переходил на новое поле и возделывал его так, что получаемый им урожай был намного богаче того, что собирали другие с уже освоенных полей. Это относилось к «Шпиону» и в полной мере относится и к «Пионерам», и к другим романам писателя, о которых мы будем говорить дальше.