— Она прошла за мной в комнату и внимательно наблюдала за тем, как я достаю из картонной коробки из-под конфет свой паспорт. — Мама сердится. Они с Валерой уверены, что ты сейчас где-нибудь празднуешь свое увольнение.
— Передай им, что это не так.
— Обязательно передам. Зачем тебе паспорт?
Я ловко
щелкнул дочку по носу.
— Любопытная чересчур.
— Ладно, теряй. Мне наплевать. Что сказать маме?
— Поцелуй от меня ее и Полину. — Я вздохнул. Мне почему-то сделалось грустно. — Где они, кстати?
— Ушли по магазинам. Ты все взял, что надо?
Очень грустно! Так, что хочется взвыть! Родная дочка стоит над душой и не может дождаться, когда ее отец уберется из дому. Она даже не догадалась предложить ему чаю.
— Пойду я.
— Угу. — Лариса бдительно отконвоировала меня до двери. — Смотри, не бухай, Леонидыч. Загнешься.
Хорошенькое напутствие. Вместо «До свидания, папа».
— До свидания, дочка.
— Угу. — И все… И гром закрывшейся за моей спиной двери… И грохот мощных тяжелых запоров…
Я зло скрипнул зубами и, сунув паспорт в карман, начал спускаться по лестнице.
При виде меня Бакс взлетел от радости на десятое небо. Ну, может, чуть ниже. Во всяком случае, языком до моего лица он достал. А грязными лапами — до моей светлой рубашки. Хотя пачкать дальше ее было некуда.
Мы замечательно провели вместе вечер. Поужинали вареной картошкой и колбасой, дружно похрустели редиской и огурцами. Я попил чаю, Бакс — молока. Потом я нагрел в ведре воду и
тщательно вымылся, использовав вместо мочалки старую платяную щетку, которую выудил из-под тахты.
Будильник остановился, и время приходилось определять по солнцу. Если верить ему, то было примерно десять часов, когда я отправился спать. Чисто вымытый и довольный. И проспал до утра, как младенец. Куда только делась бессонница? Куда только делись ночные кошмары?…
На этот раз, уезжая в Питер, я решил запереть Бакса в будке. Почему-то вбил себе в голову, что он может сбежать, пока меня нет. Сбежит — я расстроюсь, я успел к нему привязаться.
— Сиди здесь, охраняй. — Я навесил замок, и стаффордшир для порядка в течение минуты скулил и царапал когтями дверь. Потом он смирился с судьбой и затих, а я зашагал к автобусной остановке.
В городе я объявился слишком рано и два часа болтался по улицам, прежде чем были готовы мои снимки.
— Получился неплохо. — Я заговорщицки подмигнул
бородатому фотографу. — Выручил грим. Спасибо.
В ответ он молча кивнул. В этот момент его активно осаждала ярко накрашенная старуха.
Я добрался до парка Победы и еще целый час гулял по аллеям в ожидании рандеву с Алиной. Я ни разу не видел ее в лицо, даже на фотографии, зато отлично знал, что она будет на черном «порше». Классная тачка! Удобно устроилась девочка.






