Все, кто проводит такие операции, должны знать, кому звонить в том случае, если случилось что-то непредвиденное, чтобы вызвать специальных людей, которые немедленно прибудут на место в случае ограбления. Третье. Если ограбление случилось из-за нерасторопности и халатности сотрудников, то эти сотрудники должны быть наказаны по заслугам: может быть, им будет снижена заработная плата, которая пойдет на возмещение убытков.
— “Снижена заработная плата”?! Да ты что думаешь — у нас тут детский сад?
Куилл печально улыбнулся:
— Да, мистер Бронсон, боюсь, вы привели сейчас очень точное определение. Если то, чему я стал свидетелем в клубе “Какаду”, присуще всей организации в целом, то даже наиболее квалифицированные работники столь же индифферентны к вопросам закона и порядка, как и их ближайшие коллеги по работе. Если бы “Дженерал электрик” начала угрожать убийством каждому своему плохо работающему сотруднику, то они наверняка решили бы, что их начальство попросту спятило. Они бы просто в такое
не поверили! А вот в то, что им урежут зарплату, они бы поверили и задумались бы! Я не говорю сейчас о каре более жестокой, нет, я о наказаниях эффективных и общепринятых.
Бронсон потер рукой лицо, чувствуя себя слегка смущенным и даже отчасти потерянным: он слишком высоко взлетел по лестнице карьеры, и ему никогда не приходило в голову, что в основании пирамиды находятся обычные люди, просто зарабатывающие себе на жизнь. В какую же преисподнюю катится его мир?! Следующее, чего им захочется, — это профсоюза. Или же гильдии. Они, пожалуй, и впрямь возомнят себя “белыми воротничками”! О, Иисусе!
— Ладно, — произнес он. — Ладно, Куилл, хорошо! Ты справился с работой!
— Но у меня еще не все, мистер Бронсон.
— Готов биться об заклад, что ты не все выложил. Но знаешь, прибереги на потом! До завтрашнего утра. Мы обсудим остальное завтра, и я дам тебе список других мест, где мы потерпели урон.
— Да, сэр, мистер Бронсон!
— А пока хватит! Пусть один из телохранителей там, внизу лестницы, покажет отведенную тебе комнату.
— Да, сэр. Доброй ночи, мистер Бронсон!
— И тебе того же!
Оставшись один, все еще сидя за столом, Бронсон задумался: “Что же, во имя дьявола, происходит?” Он припомнил двадцатые годы. Да нет,
ничего подобного тогда не происходило. Мыслимое ли дело, чтобы кто-то из мафии расхаживал вот так с кейсом, как этот Куилл, битком набитым всяческими отчетами?
— Мы все тогда были паркерами! — вырвалось вдруг у него громко, удивив и рассердив его. Он поднялся из-за стола, подошел к окну и выглянул наружу, думая о том, чего не досказал ему еще Куилл. Замешаны ли в этой игре и люди мафии? Возможно, некоторые — да, но, очевидно, немногие.






