За тысячу миль от этого места, может быть, именно в эти минуты совершался налет на клуб “Какаду”... Но Паркер, однако, об этом ничего пока не знал. Не знал и Бронсон — известие об ограблении он получит по телефону чуть позже.
Паркер вырубил движок:
— Давай разомнем ноги и прогуляемся.
— Давай!
Они выбрались из машины. Парк был под боком, и Паркер с Генди пошли вдоль него, не переходя на другую сторону, пока не оказались перед идущей поперек улицей. Они двинулись по ней, потом свернули направо и направились к задней стороне дома Бронсона. Шли они медленно, как бы прогуливаясь, — Двое представительного вида мужчин в охотничьих куртках, кепи, руки в карманах. И даже не переговаривались друг с другом. В эту ночь в их намерения не входило попытаться добраться до Бронсона — прогулка была предпринята в целях рекогносцировки.
— Здесь гараж, — отметил Генди.
— Да, и подъездная дорожка.
Генди и Паркер проследовали дальше, заглядывая мимоходом во все припаркованные машины, мимо которых проходили, запоминая все подходы к дому. Так они добрались до следующего поворота, после чего опять направились к парку.
— Все открыто настежь! — недоумевал Генди. — Как тебе это нравится?
— Может быть, Бронсон известен здесь под другой личиной —
добропорядочного гражданина, и выглядело бы нелепо, если бы он держал своих охранников вокруг всего дома!
— Наверное, ты прав.
— Хотя, полагаю, внутри дома он должен иметь под рукой телохранителей.
Так размышлял Паркер, пока они шли обратно к парку. Здесь была крыша Бронсона, проходила его легальная жизнь. Возможно, образ жизни в этом доме разительно отличается о того, который он ведет в мафии. Точно так же, как Генди в своей столовке на другом конце страны, или сам Паркер, когда становится Чарлзом Уиллисом. И весьма возможно, что Бронсон всерьез полагает, будто его крыша в Буффало достаточно надежна, чтобы защитить его.
Тогда появляется лишний повод, чтобы свести счеты. Бронсон покусился на жизнь Чарлза Уиллиса — в отместку Паркер покончит с его спокойной жизнью в Буффало.
Они свернули направо, прошли мимо фасада дома Бронсона и дальше, до конца квартала. Затем перешли на другую сторону, вернулись обратно к машине, уселись в нее, и Паркер покатил прочь от этого места.
Выходит, вот где убежище Бронсона! Эта огромная каменная махина в глубине двора, за плотной высокой живой изгородью, окружающей границы владений. Соседи — по обе стороны — на значительном отдалении. Если глядеть от парка, то справа от дома — школа для
слепых, слева — здание, приспособленное для собраний какой-то попечительской организации. Оба дома пустовали, во всяком случае по ночам. Через улицу — безлюдный, почти никем не посещаемый парк.
И ничего позади особняка, кроме собственного гаража.






