– Он щас на взводе – что-нибудь не так ляпнешь – порвет. Щас лучше подальше от него держаться.
– Так давайте я вам пиво
отдам, а вы к дому подъедете и позвоните. А он пиво получит и, глядишь, подобреет… А?
– Хм… ну, давай, – согласился Щука. – Только ты тогда с нами поедешь – если Гоге будет облом кого-нибудь посылать вниз, сам понесешь и скажешь ему че почем. Идет?
– Можно, – согласился Стае. – Пошли…
Через несколько минут Стае с «быками» забрали в подвале мелкооптового магазина-склада два ящика пива – оно действительно было необычным в своем роде; мы обыскали весь город и обнаружили три ящика безалкогольного пива с отвратительным вкусом, но с очень красивыми этикетками – и поехали к Гогиному дому. Я, Саша Шрам и Коржик на почтительном удалении ехали вслед за ними в готовности приступить к экстренным действиям.
Звонить Гоге не пришлось – бригадир сидел на балконе и, едва «Шевроле» Щуки подрулил к дому, свесился вниз, наблюдая за машиной.
– Что?! – нетерпеливо спросил Гога, когда Щука высунулся из машины. – Что там?! Есть что?!
– Не-а, – опасливо ответил Щука. – Мы того… пиво тебе привезли, от кировцев – тама, у подъезда, два ящика. Спусти Ухо – пусть заберет…
Вопреки опасениям Щуки, Гога ничего спрашивать не стал – утратив интерес к происходящему, он крикнул:
– Ухо! Бегом вниз – пиво притащи… – И вернулся на прежнее место.
Ящики с пивом действительно стояли у подъезда. А еще у этого подъезда стоял наш «Ниссан»: воспользовавшись
тем, что с этой стороны дома балконов нет, мы безнаказанно подрулили вплотную к блоку и ждали.
– Фу, пронесло, – облегченно выдохнул Щука, когда Сушка тронул «Шевроле» с места, выезжая на шоссе. – Ну, братуха, и тебе повезло, – он обернулся к сидевшему сзади Стасу и поперхнулся: «братуха» держал в руках два револьвера, направляя стволы в спины «быкам», и загадочно улыбался.
– Я международный террорист-маньяк, – сообщил Стае, демонстративно взводя курки. – Только пикните – обоих пришью! Поезжай вперед – и без фокусов у меня!
А мы в это время забрали пиво и приняли на борт спустившегося олигофрена, который и не думал сопротивляться, выслушав подходящее к случаю объяснение.
– Гога пиво любит? – ласково спросил я коротыша.
– Любит! – утвердительно кивнул огромной башкой олигофрен. – Ой любит! Давай пиво – где?
– Пиво – это успеется, – покровительственно сообщил я. – Садись – поедем Гоге радость делать.
– А Гога знает? – поинтересовался коротыш, забираясь в салон «Ниссана».
– Обязательно, – подтвердил я, когда Ухо захлопнул за собой дверь. – Конечно, знает. Гога говорил, что Татарина надо наказать?
– Наказать, наказать! – жизнерадостно подпрыгнул на сиденье коротыш.






