— Эй, Алекс, я уже давно зову тебя! О чем ты думаешь? — спросила Алекса, подходя к столу.
— О маме и папе, о тех переменах, что произошли в нашей семье. — Он провел рукой по волосам.
— Хорошие перемены, правда? — улыбнулась она.
Ему нравилось, когда Алекса улыбается, — раньше это было такой редкостью. Он проследил за ее взглядом, устремленным на портрет. На губах Черного Джека играла точно такая, же улыбка, как у Алексы.
— Ты тоже немного похожа на пирата, сестренка, — заявил он и увидел, что она покраснела.
— Удивительно. — Она провела пальцем по раме. — До чего же он похож на папу. Правый глаз голубой, а левый
карий.
— Забавно… — Встав рядом с ней, Алекс тоже принялся изучать портрет. — Все те годы, когда папа был так холоден… — Его голос дрогнул.
— Что?
— Мне было приятно думать, что у него по крайней мере глаза расположены не так, как у Черного Джека, а в обратном порядке.
Алекса повернулась к нему, у нее на лице появилось странное выражение.
— Знаешь, а я тоже об этом думала.
В комнате воцарилась напряженная тишина. Казалось, даже воздух застыл.
— Но это тот же самый портрет, — проговорил Алекс. — Однажды, перед отъездом в школу, я поставил на нем свои инициалы. Видимо, в этом я видел способ приблизиться к отцу, — признался он.
Сняв портрет с крюка, он перевернул его, показал сестре буквы, а потом повесил на место.
Алекса кивнула.
— Я готова поклясться, — дрожащим шепотом произнесла она, — что у папы глаза располагались не в том порядке, как на портрете. Однако сейчас я вижу, что его левый глаз карий, а правый голубой, как на портрете. И у Антони, этого маленького пирата и грозы всего дома, такие же глаза. — Ее серебристые глаза расширились.
Они одновременно повернулись к окну и посмотрели туда, где стояли отец и мать. До них доносился их смех, в котором явственно слышалась любовь.
— Он так сильно изменился, — сказал Алекс.
— Он всегда смеется и поет, — согласилась Алекса.
— И говорит, как любит нас, — сдавленно прошептал Алекс.
Алекса устремила на брата пристальный взгляд.
— Как будто он другой человек, — заключила она.
— И его левый глаз карий, как на портрете.
— Ты же не думаешь… — шепотом начала было Алекса, но замолчала.
Их взгляды обратились на портрет, откуда им улыбался
Черный Джек. Судя по его виду, он был счастлив, но не до такой степени, как их семья.
Алекс посмотрел на сестру и замотал головой.
— Не-а, — протянул он.
Да его это и не волнует, решил он.
Зоя закрыла глаза. Лучи предзакатного солнца едва пробивались сквозь густую листву. Теплый ветерок ласково поглаживал ей щеки. Уинн, отважный капер, стоял позади нее и раскачивал качели.






