Никогда не видел! Даже не знал, что эта проклятая вещь существует! Ты обманул меня!
И прежде чем Доннаг успел сказать еще что-нибудь, Грозный Волк отпрыгнул от стола, опрокинув стул, выхватил из ножен Убийцу Червей и бросился на повелителя людоедов.
– Стра… – начал было Доннаг в этот момент, но тяжелый кулак Дамона врезался в его живот, и Вождь рухнул обратно в кресло.
– Он стоящий, – задыхаясь и тщетно пытаясь подняться, прохрипел Доннаг. – Поверь нам. Он действительно…
– …кусок коровьей лепешки, – отрезал Дамон. – Такой же, как и ты. Его магия не работает.
Людоед печально покачал головой и удобнее устроился в кресле, тщетно стараясь держаться с достоинством. Вытянув шею, он попытался взглянуть на сына, но того загораживали широкие плечи Дамона, поэтому Вождь не увидел, что Мэлдред сидит с каменным лицом, не выражающим никаких эмоций.
– Сейчас магия действует не так, как в те времена, когда ковали меч. Возможно, сейчас…
– Я думаю, ты всегда знал, что этот меч бесполезен.
Вождь поднял дрожащую руку, призывая дослушать, но в ответ Дамон коленом вжал Доннага в кресло и приставил лезвие к его горлу. Мэлдред за его спиной медленно поднялся и осторожно отошел от стола.
– Дамон… – предупредил силач.
– Да! Бесполезен! Но твою никчемную жизнь он оборвать способен!
Дамон поглядел на эльфийскую вязь, выгравированную на лезвии. Меч будто догадался, что его обсуждают – магические знаки светились слабым голубым светом. Грозный Волк не мог прочесть их, да это и не имело значения. Он знал только, что Убийца
Червей, меч Таниса Полуэльфа, был выкован эльфами и, как говорили, за прошедшие столетия сменил множество хозяев и имен. Предполагалось, что он был братом-близнецом Губителя Червей, которым во время Второй Драконьей Войны владел эльфийский герой Кит-Канан.
Легенда гласила, что этот клинок был передан оружейниками Сильванести королевству Торбардин. Оттуда он попал к эрготианцам, а потом уж в руки Таниса Полуэльфа. Считалось, что клинок был похоронен вместе с великим Героем Войны Копья. Да и Доннаг утверждал, что получил меч от одного грабителя могил.
– Тебя и в самом деле нужно убить, – твердо сказал Дамон. – Твоей стране это пойдет только на пользу.
– Мэлдред, сынок, – прохрипел Доннаг. – Останови его.
Дамон напрягся, ожидая, что силач бросится на помощь отцу, но Мэлдред стоял, не меняя каменного выражения лица.
– Оставь нас, – приказал Дамон служанке, которая неподвижно стояла у стены. – И держи язык за зубами. Поняла?
В его голосе и взгляде был лед, и девушка быстро выбежала из столовой, бросив поднос с кубками. Грозный Волк помолчал, прислушиваясь к ее удаляющимся шагам, в любую минуту ожидая топота стражников, потом яростно продолжал:
– Ты ничтожество, Доннаг. Такое же никчемное, как этот меч.






