Он попытался оттолкнуть Эльсбет, но женщина вдруг показалась бывшему рыцарю ужасно тяжелой, а его пальцы странным образом вновь оказались запутанными в ее волосах, так что не было никакой возможности освободиться. Дамон чувствовал, как тело под весом крупной блондинки каменеет.
– Лежи спокойно, сладкий мой, – проворковала Эльсбет.
– Давай-ка еще выпьем, – предложила Атлас, запрокинула голову Дамона и влила в его рот новую порцию эля. Напиток был крепким, необычайно крепким, и чем больше его попадало в желудок Грозного Волка, тем понятней становилось бывшему рыцарю, что тут что-то неладно.
– Н-нет, – пробормотал Дамон, пытаясь выплюнуть жидкость.
– Сладкий мой, ты давно уже должен был уснуть. Мы всыпали в пряный ром столько сонного порошка, что можно было бы уложить небольшую армию. Вам должно было хватить и одного кувшина. Но кто же знал, что ты и твой приятель окажетесь крепкими, как быки. Атлас…
Худощавая эрготианка снова наклонила кувшин над лицом Дамона, но на этот раз бывшему рыцарю удалось стиснуть зубы и большая часть эля пролилась мимо.
Голова Грозного Волка то наливалась свинцом, то становилась необычайно легкой. Он снова попробовал оттолкнуть Эльсбет и Атлас, и на этот раз попытка увенчалась некоторым успехом. Дамон скатился на пол в обнимку с Эльсбет, оказавшись сверху. Женщина запуталась в простыне и его штанах, поэтому Грозный Волк, воспользовавшись передышкой, попытался подняться, но руки и ноги словно одеревенели.
Эльсбет выползла из-под Дамона и опрокинула его на спину. Эрготианка тем временем продолжала возлежать на кровати, с интересом наблюдая за их возней.
– Атлас,
взгляни-ка на его ногу. Тут что-то…
– Вижу, Эльс. Какой странный шрам. Позже мы рассмотрим его как следует, а пока возьми кувшин.
Дамон закрыл глаза и сосредоточился. «Шевелись, – приказал он себе. – Шевелись, ты, жалкое подобие мужчины!»
Наконец Грозному Волку удалось подняться, и он, подхватив штаны, откатился подальше от Эльсбет. Но отравленное пойло все еще притупляло его мысли, поэтому Дамон не принял во внимание трех девиц, до этого развлекавших Мэлдреда. Несколько пар рук вцепились в него и прижали к полу. Затем Грозный Волк услышал шаги и, с трудом задрав голову, увидел Эльсбет, возвышающуюся над ним, и пустой кувшин в ее руке, неотвратимо приближающийся к его голове. Через мгновение глиняная посудина опустилась на лоб Дамона, погружая того в благословенное беспамятство.
Через некоторое время Грозный Волк пришел в себя и решил, что лежал без памяти совсем недолго. По крайней мере, в комнате царил все тот же полумрак. Голова от удара буквально раскалывалась.
Атлас накинула его рубаху, оказавшуюся слишком широкой для ее тоненькой фигурки, поэтому ей пришлось подпоясаться шнурком от шторы.






