— Мой отец начал регистрировать изменения: как недифференцированная масса стволовых клеток формировала кости, мышцы, нервы, сосуды, кожу и волосы. Понадобилось восемь месяцев, чтобы рука отросла полностью.
— Но что же явилось причиной? — спросила Келли.
— Если верить записям — сок дерева Ягги.
— Та самая Ягга...
Коуве глядел потрясенно.
— Неудивительно, что бан-али его боготворят.
— Что такое «ягга»? — спросил из угла Зейн, впервые проявляя интерес к беседе.
Коуве вкратце рассказал об увиденном в лечебнице на вершине доисторического гиганта.
— Раны Фрэнка закрылись почти моментально.
— Это еще не все, — добавила Келли. Она придвинулась ближе, чтобы получше рассмотреть набросок на экране. — Все послеобеденные часы я измеряла уровень эритроцитов в его крови с помощью гематокритной трубки. Они множатся с потрясающей скоростью. Такое впечатление, будто что-то заставляет его костный мозг вырабатывать новые
красные клетки взамен утраченных. Никогда не встречала подобной реакции.
Нат щелчком открыл другой файл:
— Все дело в компонентах сока. Отец с товарищами сумели перегнать его и пропустить через бумажный хроматограф. Оказалось, сок Ягги настолько же богат белками, насколько копаловая смола — углеводородами.
— Белками?
Келли воззрилась на экран с данными.
Манни подскочил к ней и заглянул через плечо.
— Тот переносчик болезни, кажется, тоже был белком?
— Прионом, — уточнила Келли. — Причем с сильной мутагенной активностью.
Она обернулась к Манни.
— Вы начали говорить о пираньях и саранче. У вас еще были соображения.
Манни кивнул.
— Они тоже связаны с деревом. Саранча живет в наростах коры вроде галлов орехотворок. А пираньи — их нерестовый пруд устроен между корней. Вдобавок туда капает сок. Думаю, именно он вызывает у них мутации на ранних стадиях развития.
— Отец рассудил примерно так же, судя по записям, — тихо проговорил Нат. На самом деле этой теме было посвящено такое обилие материала, что Натан просто не успел весь его прочитать.
— А что насчет ягуаров с кайманами? — спросила Анна.
— Похоже, они мутировали значительно раньше. Хищников-переростков из них сделали много поколений назад. Судя по всему, ягуары получили способность производить генетически стабильное потомство, поэтому больше не нуждаются в соке.
— Почему же они не расселились
дальше? — поинтересовалась Анна.
— Видимо, инстинкты или генетическая память удерживает их именно здесь.
— Выходит, по-вашему, дерево создавало этих тварей целенаправленно и сознательно? — хмыкнул Зейн.
Манни пожал плечами.
— Кто его знает? Может, вся сознательность и целенаправленность сводится к обычному давлению отбора.
Зейн покачал головой.
— Не может быть.
— Почему же? Нам и раньше встречались подобные феномены.






