Мерзавец присвоил себе кнут Манни и прохаживался вдоль своего каравана, словно погонщик рабов, то и дело хлеща провинившихся. Один такой удар пришелся по спине Келли, когда она, потрясенная взрывом в ущелье, рухнула на колени. От отчаяния ноги не слушались ее, Келли была не в силах двинуться с места. И тут плечо вспыхнуло болью. Кнут разорвал ей рукав и полоснул по коже. С тех пор она изо всех сил старалась не падать.
— Келли... — заговорил Фрэнк с носилок.
Она нагнулась к нему.
— Мы прорвемся, — пролепетал брат в полузабытьи.
Как он ни протестовал, Келли все-таки впрыснула ему димедрол перед выносом из лечебницы. Ей совсем не хотелось, чтобы Фрэнк страдал от тряски.
— У нас все получится.
Келли кивнула, жалея, что не может взять его за руку. Даже Фрэнка, накрытого одеялом, накрепко привязали к носилкам. Он еще раз попытался кое-как подбодрить сестру.
— Нат и остальные... они обязательно выберутся... найдут способ... спасти...
Последние его слова унесла непреодолимая дрема.
Келли оглянулась. Почти все небо загораживало зеленое покрывало, но дымовой столб от обвала, преградившего путь между каньонами, еще просматривался. Она не сказала брату о зарядах в доисторической роще. Товарищи уже ничем не смогут им помочь.
На ходу Келли буравила взглядом спину главаря.
Все ее чаяния свелись лишь к одному — мести. Она убьет Фавре, как обещала Нату, даже если погибнет сама.
17 часов 58 минут
Джунгли Амазонии
Черный
ягуар неспешно выступил на поляну. Нат узнал его, точнее, ее — самку-вожака стаи, чье коварство стоило жизни стольким его товарищам. Видимо, она одна уцелела, не попробовав яда, после чего инстинкт привел ее в места появления на свет.
— Час от часу не легче, — проворчал Костос сквозь зубы.
Бестия разглядывала связанных пленников, будто бекон на прилавке. Без отпугивающего камуфляжа даже бан-али рисковали быть съеденными. Черная покровительница, сотворенная Яггой для их защиты, показала звериный оскал.
Припав к земле, самка кралась к обездвиженным людям, нервно подергивая хвостом.
Вдруг над черным поджарым плечом мелькнула рыжая вспышка. В тени великанши из джунглей выскочил Тор-Тор. Маленький и бесстрашный, он обежал ее и бросился к Нату и остальным. От такого проявления кошачьей привязанности Натан повалился на землю. После гибели хозяина встреча со старыми знакомыми заметно ободрила зверя, принесла долгожданное утешение.
Нат прохрипел сквозь удавку:
— Молодец... молодчина, Тор-Тор.
Черная самка попятилась, зачарованная странным зрелищем.
Тор-Тор прильнул к боку Ната, ища не то ласки, не то ощущения привычного порядка вещей. Ничего этого Натан не мог ему дать, пока были связаны руки, зато родил дельную мысль. Он перекатился на другой бок (удавка врезалась еще сильнее) и протянул путы ягуару.






