Этим и пытался воспользоваться Полковник:
– Капитан, пощади! Хочешь денег? Скажи, сколько, только оставь жизнь! Все возьми, не убивай! Не хочу умирать! Не хочу...
Донцов повернулся, приказал:
– Заткнись!
Афонин замолчал.
На его глазах выступили слезы, на лбу крупные капли пота. Они, смешиваясь с кровью, розовыми дорожками стекали на грудь предателя.
Донцов
неожиданно спросил:
– Где кассеты, на которых ты заснял Касьянова, заставив его выстрелить в Соболева?
– Что?.. Кассеты? А! Ах да... кассеты...
Капитан предупредил и пообещал:
– Говори правду, где оригинал, сколько сделано копий и где они хранятся. Тогда обещаю подумать о твоей жизни!
Полковник воспрял духом:
– Понял, понял! Так! Оригинал в сейфе у Старика. Там, кстати, еще много чего интересного. А копии? Я сделал их три. Одна не получилась, так, обрывки одни, две другие вышли ничего! Они все три здесь!
– Здесь? – переспросил Гуров.
– Да, Ангур, здесь!
Полковник повернулся к человеку, которого совсем недавно хотел подвергнуть пыткам перед смертью.
Аркадий резко спросил:
– Где здесь?
– В темной комнате, в дальнем правом углу, под паркетом, в пакете.
Гуров рванулся в подсобку. Через несколько минут вынес пакет с тремя видеокассетами. Он посмотрел на Донцова.
– Надо бы проверить, капитан? А «видака» я что-то не вижу!
Вновь дернулся Полковник:
– Есть
видеомагнитофон, есть! Под софой!
Донцов удивился:
– А чего он там делает?
Полковник ответил:
– Мне он в принципе был нужен в редких случаях, вот и сунул под софу. Да и где его было держать? Разве что на телевизоре? Я не думал об этом! Честно!
– Хрен с ним! Аркадий, подключай магнитофон, проверяй кассеты!
Гуров вместе с Пашей извлекли «видак» из-под софы, начали разбираться в проводах. Вскоре наладили изображение и звук. Долго смотреть не стали, Аркадий отключил аппаратуру. Это были те кассеты!
Он стоял у телевизора, держа их в руках.
– Ангур!
– Я! – очнулся Аркадий.
– Вперед на кухню, сжечь кассеты в ведре, залить пепел водой и все смыть в унитазе, ведро под кран! Выполнять! Что стоишь? Приказа не понял?
Гуров указал на Полковника:
– А он?
Донцов повысил голос:
– Я кому сказал?
– Он мой, капитан, – ответил Гуров.
Донцов повернулся к помощнику:
– Паша, помоги нашему другу, а то у него что-то в голове замкнуло.
– Пойдем, Аркаш! Надо начальство слушать. А Полковник теперь никуда не денется.
– Он мой!
– Ну точно замкнуло! Твой, твой! Кому он еще на хер нужен?
Гуров подчинился. Они с Пашей вышли на кухню.






