Но есть грязь в глине, из которой мы сотворены, и трудно человеку, находящемуся в неведении, понять, несет ли он несправедливую кару или она ниспослана ему небом в наказание. Однако наступит час, когда он не сможет более гнуться, не сломавшись; полагаю, что именно это хотел сказать мой друг.
— Все ясно. Что тут еще говорить, — устало произнес Эсмуншилен.
Азрубал медленно продолжал:
— Мне не на что особенно жаловаться. Мои богатства множатся. Боги улыбнулись мне. Земля ежегодно приносит мне сто зерен на одно. У меня три сына, и я редко теряю теленка. Но чувствую, что не могу больше мириться с положением, которое сложилось у нас. Я все еще помню свои юные годы, когда свирепствовал голод и тягот было не меньше, чем теперь. Тогда мы говорили лишь, что должны удвоить жертвоприношения Танит пнэ Баал
[10]
и Ваал-Хаммону
[11]
. Теперь мы говорим, что жизнь стала совершенно невыносимой. И каждый объясняет это по-своему.
10
Танит
пнэ Баал
(«Танит с ликом Баала») — верховная богиня в древнем Карфагене, одна из форм общесемитической Ашторет (Астарты) или Афторет (ср. греч. Афродита), начало животворных сил природы, плодородия и любви. Так как на Востоке луне приписывалось благотворное воздействие на природу (в частности, ниспослание ночной росы), то Танит слыла и богиней луны и часто изображалась с лунным диском или серпом. Этимологически с ее именем связывают ряд географических названий, в том числе название древнего Тунета и нынешнего Туниса.
11
Ваал-Хаммон
(точнее, Баал-Хаммон), то есть «солнечный владыка», «бог-солнце», — главное мужское божество семитического древнего Востока.
Ганнибал улыбнулся ему:
— Ты хорошо говорил, Азрубал. Благодарю тебя. Сколько тебе лет?
После минутного замешательства Азрубал ответил, понизив голос:
— Скоро пятьдесят, господин.
— Как и мне, — улыбнулся Ганнибал. Но он снова чувствовал себя молодым. Взглянув на Герона, он знаком предложил ему говорить.
Герои встал, прислонился спиной к стене, потерся плечом о камень и заговорил очень громко:
— Разумеется, наша торговля упала. В западных морях нет места для двоих — Рима и Кар-Хадашта. Нас вытесняют особенно после того, как мы потеряли серебряные рудники в Испании. Либо мы будем и дальше катиться вниз, либо найдем средства ответить ударом на удар. Но мы не можем бороться, пока знатные пьют нашу кровь. Они выжмут из нас все соки, а потом нагрянут римляне или нумидийцы. Если вместе с нами погибнут и кровопийцы из знати, это будет плохим утешением. Мы должны уничтожить знать, чтобы выжил Кар-Хадашт, чтобы мы могли набраться сил и возобновить войну против Рима.
— Вам нужно хорошо организованное государственное управление, — сказал Ганнибал.
— Да.






