Войско было собрано наспех; оно состояло из трех тысяч пехотинцев, пятнадцати тысяч конных самураев, многие из которых были недовольны тем, что их вызвали из теплых жилищ и заставили отправиться в путь без перспективы получить награду, и около десяти тысяч конюхов и других слуг; все они следовали за лошадьми своих господ и увеличивали беспорядок тем, что по приказу своих хозяев бегали среди лошадей и пытались выяснить, почему одни части поворачивали, а другие стояли на месте.
Больше часа прошло, прежде чем колонна длиной в милю переменила направление. Из-за шума и беспорядка, пыли, взметавшейся из-под копыт лошадей, и
темноты было невозможно маневрировать быстро. Молодой месяц, сначала ярко светивший, стал прятаться за густыми низкими тучами. Колонна прошла из Киото пять миль меньше чем за час и теперь должна была идти назад — почти до самой столицы. Как ни старались командиры торопить войска, больше двух часов прошло, прежде чем они достигли разветвления дороги, где был поворот к Наре. Этой дорогой давно не пользовались, и войска двигались еще медленнее.
Чикара был вне себя от раздражения, бранился и призывал командиров проявить больше энергии. «Я награжу первого, кто догонит принца», — обещал он, гарцуя взад и вперед рядом с колонной.
Внезапно начался сильный дождь, люди и лошади мокли под ливнем. Вскоре они были покрыты грязью, которую размешивали и разбрызгивали тысячи копыт. Пехотинцы тихо ворчали, а конные самураи бранились вслух: многие из них больше пяти часов ехали верхом, в полном снаряжении.
Когда начало светать, дождь прекратился, и разведчики, выехавшие вперед, добрались до реки Уджи. Они
увидели лагерь Йоримасы и принца Мочихито и трижды издали боевой клич — обычный сигнал перед битвой.
Люди из группы принца, отдыхавшие перед поднимающимся ввысь фасадом Бюодо-ин, вскочили на ноги в ответ на вызов.
Чикара услышал крики, находясь рядом с передовым отрядом верховых.
— В атаку, — закричал он, пришпоривая лошадь и извлекая меч из ножен. — Первому, кто к ним пробьется, золото в награду.
Командиры подразделений пылко подхватили приказ, и армия подалась вперед, навстречу кучке врагов. Воины слепо неслись вперед в полутьме, не видя дороги, разбрасывая грязь и росистую траву. Первый отряд достиг реки; они увидели разобранный мост и внизу реку Уджи, с ее мощным течением, несущую обломки веток, цветы вишни и остатки долгого весеннего половодья. Они повернули назад и закричали: «Остановитесь! Моста нет! Река разлилась! Остановитесь, пока не поздно!»
Несколько всадников в ближайших рядах услышали предупреждение, несмотря на шум воды и грохот копыт, но они не могли ни повернуть, ни остановиться, слишком силен был натиск конницы, напиравшей сзади.
— Чикара! — крикнул один из командиров.






