Как это возможно, чтобы человек был в какой-то
момент вознесен так высоко, а в следующий брошен так низко? Или в нем самом сидело какое-то злое начало? Или его меч, который всегда служил добру, сделался злобным? Мог ли человек измениться оттого, что он владел определенными способностями? И возможно ли, что его талант превратил его в существо, стоящее выше — или ниже — других людей? И когда он с помощью своего умения фехтовальщика убьет Чикару, поймет ли его Нами? Вопрос вставал за вопросом, сменяясь, прежде чем он находил ответ. Хотя он был внешне спокоен, в душе его царило смятение. Выбора не было, надо вызвать Чикару. Если он не будет действовать быстро, Чикара пошлет еще убийц, и это будут уже не слабые придворные — это будут профессиональные самураи.
Вызвать Чикару надо немедленно!
Во время перерыва Кийомори ушел, а советники разошлись, обсуждая вопросы дня и недоумевая по поводу неожиданного отсутствия столь многих Тайра. Йоши разговаривал с группой Минамото, когда он заметил Чикару среди нескольких его коллег. Йоши поклонился и извинился; удивленные Минамото пошли за ним. Йоши приблизился к Тайра.
— Чикара, — объявил Йоши громко. — Вы шакал. — Моментально все разговоры, звучавшие в высоком зале, умолкли. Казалось, уголь, превращаясь в золу, стал громче потрескивать в жаровнях. Голос Йоши многократно отражался в пространстве между балками потолка.
— Нет, — продолжал Йоши, — вы ниже, чем шакал. Шакалы держатся вместе, они верны своей стае. А вы посылаете своих шакалов, чтобы они напали на тигра, а потом отворачиваетесь, когда тигр наносит ответный удар. Советники Тайра отошли, освободив обширное пространство между Йоши и Чикарой. На некоторых лицах был написан ужас, другие удовлетворенно улыбались: их защитник будет вынужден
принять меры против этого молодого выскочки. Сжатые губы Чикары были похожи на тонкий разрез, глаза почти закрыты. Он сдерживал себя с большим усилием и заговорил лишь через несколько секунд. Хотя он говорил вежливо, в голосе звучала угроза.
— Простите, молодой человек, вы тигр? — сказал он.
— Безусловно, я — тигр. А вы шакал?
Тяжелое молчание было прервано нервным смешком одного из советников и задыхающимся возгласом другого.
— Я нахожу, что вы позволяете себе слишком много, молодой человек. Мое родство с вашей семьей не защитит вас от моего меча. Извинитесь немедленно!
— Я не собираюсь извиняться. Если вы не шакал, мы можем отбросить семейные отношения и решить наше дело, как следует благородным людям.
Обе группы советников теснились за своими главарями, напряженно глядя друг на друга. Ни Минамото, ни Тайра не улыбались. Йоши и Чикара связали себя обязательством в присутствии своих коллег — членов Совета.






