Я сильно зажмурился, чтобы отогнать это ужасное видение, и, собравшись с духом, толкнул дверь на кухню.
Кухня была пустой. Старый сосновый стол накрыт чистой клеенкой, а шкафы для посуды плотно закрыты. Из водопроводного крана капала вода в раковину. Я пересек кухню, в замешательстве покусывая губу, и закрутил кран. Я, был до предела взвинчен и, увидев случайно в зеркале собственное отражение, чуть не помер со страха. Сердце бухало, как в бочке.
И вот очень слабо, отдаленно, я услышал это. Странная, монотонная, печальная музыка. Я чувствовал, как волосы зашевелились у меня на голове и во рту пересохло. Невозможно было понять, то ли это кто-то пел, то ли играл на каком-нибудь струнном инструменте. А может, это просто шум отвратительных грызунов, которыми весь дом кишит?
Я напряг слух, поскольку звук был очень тихим, но чем настойчивее прислушивался, тем слабее становился звук, и наконец все утихло.
Тут я услышал, как меня позвала Анна.
Глава III
Видимо,
что-то произошло на верхнем этаже. Пока я шел по длинному деревянному коридору, мне показалось, что атмосфера в доме стала иной, чем была минуту назад, — как будто тропический ветер принес в дом воздух жарких стран. Анна ждала меня в дальнем конце коридора, в том же месте, где я ее оставил, но она прижалась к стене и руками прикрывала грудь, как бы защищалась от чего-то или кого-то.
— Анна? — позвал я.
Она взглянула на меня.
— Гарри!
В ее почти безгласном крике я услышал глубокую благодарность и облегчение.
Я протянул руки, и Анна кинулась ко мне. Я ласково обнял ее и погладил по голове. Через несколько секунд она пришла в себя, хотя ее лицо было бледным и перепуганным. Она потеряла где-то свою маленькую шляпку, и ее короткие вьющиеся волосы были растрепаны.
— Ты слышала это? — спросил я.
Она кивнула.
— Мне уже стало казаться, что я схожу с ума. Я подумала, неужели Гарри не слышит? Видно, со мной происходит то же, что и с Максом Грейвсом.
— Все в порядке, это было на самом деле. Я тоже слышал звуки, даже когда был внизу, на кухне. Ты поняла, откуда они исходили?
Она пожала плечами. Ее все еще била нервная дрожь, такая же, как у Маджори, когда та рассказывала о страшной смерти Макса на кухне.
— Ты знаешь, здесь они тоже звучали негромко, я едва слышала. Но в этих звуках было нечто такое, от чего недолго упасть в обморок. Мне показалось, что в коридоре полно бегающих крыс или тараканов.
Я ничего не видела, старалась не паниковать и не могла успокоиться: мне чудилось, что мерзкие твари кишат повсюду.
— Анна, — спокойно сказал я. — Кто-нибудь был здесь, наверху? Ты кого-нибудь видела?
Она покачала головой:
— Никого. А здесь нет другой лестницы?
Я взглянул на нее, стараясь увидеть ее лицо.
— А вот это может кое-что объяснить. И ты это знаешь так же хорошо, как и я.






