ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герцог и я, Автор - Куин Джулия, Серия - Бриджертоны [1], , Жанр - Исторические любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Герцог и я Куин Джулия Герцог и я, Автор - Куин Джулия, Серия - Бриджертоны [1], , Жанр - Исторические любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Пролог Рождение Саймона Артура Генри Фицрэнольфа Бассета, графа Клайвдона, отпраздновали с большой пышностью. В течение нескольких часов звенели колокола, шампанское лилось рекой в каждом уголке величественного замка, которому предстояло стать домом для новорожденного, и почти все жители селения Клайвдон оставили работу, чтобы принять участие в праздновании, устроенном отцом появившегося на свет крошки графа. — Да, — глубокомысленно изрек местный пекарь, обращаясь к местному кузнецу, — это тебе не просто ребенок родился. И он был совершенно прав, потому что Саймону Артуру Генри Фицрэнольфу Бассету не суждено было оставаться всего-навсего графом Клайвдоном. То был лишь «титул учтивости», не дающий права заседать в палате лордов. На самом же деле Саймон Артур Генри Фицрэнольф Бассет — ребенок, имеющий намного больше имен, чем необходимо, — должен был стать наследником титула и богатства древнего герцогского дома Гастингсов и своего отца, девятого герцога Гастингса, многие годы тщетно ожидавшего появления на свет младенца мужского рода. Но вот наконец он дождался. С плачущим ребенком на руках счастливый гор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

 — Ох, ты, наверное, хочешь, чтобы я теперь называл тебя Гастингсом?

— Нет! — с непонятной для Энтони горячностью отвечал тот. — Пускай Гастингсом навсегда останется мой отец. — Он помолчал и добавил:

— Я приму титул, если нужно, но не стану носить это имя.

— Если нужно? — с удивлением повторил Энтони. — Да кто не мечтает о том, чтобы стать герцогом? Странно такое слышать, если ты говоришь серьезно.

Саймон нервно провел рукой по темным волосам и не сразу заговорил. Да, он знал, что должен — таковы давние традиции — сохранить родовое имя, родовые владения и тем самым подтвердить и упрочить место семьи в истории Англии, но ведь кем он был до недавнего времени? Сын, отвергнутый отцом чуть ли не с рождения, да и в юные годы не удовлетворявший того своими взглядами и поведением. Отец кое-как мирился с его существованием, но не любил и, как и прежде, не желал видеть. Их отношения вполне соответствовали выражению «нашла коса на камень».

— Все это чертово ярмо не

для меня, — пробормотал он наконец.

— Придется к нему привыкнуть, — утешил его Энтони. — И к новому имени тоже.

Саймон вздохнул. Он понимал, что приятель прав, что его собственные слова о нежелании принимать титул, о тяжести «ярма» могут быть восприняты другими как кокетливое кривлянье.

— Ладно, — продолжал Энтони, — не будем больше об этом. Хорошо, что ты снова здесь и прибыл, надо сказать, вовремя, чтобы быть рядом со мной в период моих трудных и нудных хлопот.

— Каких таких хлопот, Тони?

— Когда мне придется в следующий раз сопровождать одну из сестер на очередной бал.

Саймон откинулся на спинку кресла, не без интереса посмотрел на собеседника.

— Интригующее заявление. Лично я далек от всего этого.

— Что ж, придется привыкать к новой жизни, дружище. Но не бойся, я человек добрый и помогу тебе войти в нее.

Саймон не мог не рассмеяться:

— Если я не ослышался, человек, пытавшийся окунуть мою голову в ночной

горшок, говорит о доброте?

— О, тогда мы были упоительно молоды, Саймон. Теперь все по-другому.

— Теперь ты образец благопристойности и хранитель своей и чужой чести?

— Безусловно, мой друг. И ты мне поможешь ее хранить.

Энтони на минуту задумался.

— Полагаю, — произнес он потом, — ты намерен занять какое-то место в обществе?

— Твое предположение ошибочно, Тони.

— Но ты говорил, что собираешься на вечер к леди Данбери.

— Только потому, что люблю эту прямолинейную старуху. Она всегда говорит то, что думает.

— Всегда этого не делает никто, — заметил Энтони.

— Ты прав. Но она чаще других говорит искренне. Кроме того, она хорошо относилась ко мне, когда я был ребенком. Я несколько раз проводил у нее в доме школьные каникулы. Дружил с ее племянником.

Энтони кивнул:

— Итак, я понял. Ты намерен избежать соблазнов света.