– - Он не узнает меня и говорит на незнакомом языке, -произнес Олег и, судя по голосу, он был уже на пределе.
Я села на диван вплотную к Юрке. Он качнул головой и произнес на языке Первого мира:
– - Что со мной?.. Кто мне скажет, что это такое со мной?.. Мне страшно...
Я взяла его голову в свои ладони, погладила по щеке и сказала на том же языке наивные и, в сущности, бесполезные слова:
– - Все будет хорошо, поверь мне...
Он резко вскинул голову, посмотрел на меня, ничуть не удивился. Он узнал меня, и его губы дрогнули в подобии горькой улыбки:
– - Зачем ты оставила меня, Рэста? И именно тогда, когда ты была мне нужна?
– - Но теперь-то я здесь, я никогда больше тебя не оставлю...
Он прерывисто вздохнул, вздрогнул, я прижала к себе его голову, и Юра тяжело и глухо разрыдался.
– - Рэста... Катенька... Сестренка...
– - он мучительно старался справиться с собой, вздрагивая под моими руками, и, наконец, затих. Я продолжала гладить его встрепанные волосы.
Прошло довольно много времени, прежде чем Юрка неуверенно
отстранил меня и нервно потер лоб. По его лицу пробегали следы противоречивых эмоций, и он не знал, с чего ему начать. Наконец, он посмотрел на меня, виновато улыбнулся и произнес удивленно:
– - Никогда не думал, что это так трудно... Как ты это выдержала?
– - Катька оказалась сильнее всех, кто попался ей на пути. А в тебе две равные половинки. Мне было проще.
– - Это называется "проще"?
– - Юра покачал головой, погладил меня по руке и усмехнулся: -- То, что ты нам сейчас рассказала, называется "проще"?
– - Не надо, Юрочка. Теперь больше нет нужды в рассказах, я надеюсь?
Он кивнул и, резко притянув меня к себе, обнял властно и нежно. Я уткнулась лицом в его шею и закрыла глаза. Неожиданное полное облегчение показалось мне в первый момент чем-то незаслуженным, даже украденным. Я не ждала этого, и внезапно свалившееся на меня счастье показалось мне несправедливым. Было страшно, что тот, кто разрешил мне быть сегодня счастливой, одумается, и вернет все обратно. Но минуты шли, а я все чувствовала себя в родных надежных руках, и знала, что я теперь понята и прощена за все.
– - Все это очень умилительно, но мне уже надоело смотреть на ваши воркования. К тому же я ни слова не понял. Невежливо болтать на языке, который никто кроме вас не понимает, -раздался голос Олега.
– - Может быть, я излишне самоуверен, но мне представляется, что я имею право получить объяснения.
– - Я все тебе объясню, -- отозвался Юра.
– - Обязательно. А сейчас я только могу тебе сказать одно: это -- Катя. И твое мнение по этому вопросу меня не интересует, потому что я знаю правду. Поэтому ты свое мнение держи при себе. А за любую обиду, которую ты ей причинишь, я тебя просто убью.
– - Юрка, что ты несешь?!
– - оскорбился Олег.






