Она мне ещё "до свидания" сказала.
– Да ладно. У меня там и не было ничего, -
сказала я.
– Сотня франков. Читательский билет. Кое-какая косметика.
– И кредитные карточки.
Она захлопнула дверцу и завела машину.
– Влезай, - сказала она. Шины взметнули гравий.
– Ты в состоянии вести машину?
– спросила я.
– А что ж, нет, что ли?
– Она включила фары. Деревья впереди с любопытством склонялись над дорогой. В воздухе остро запахло прохладой. Бледные ночные бабочки летели на свет и разбивались о ветровое стекло. Мне вдруг стало нестерпимо грустно. Я опустила окно со своей стороны и швырнула узел с несвежей одеждой в придорожные кусты.
– Вообще-то, - сказала Крис, - меня немного мутит.
– Она сидела неестественно прямо, вцепившись в руль и напряженно вглядываясь в дорогу, как будто ничего перед собой не видела.
– Чертовы деревья.
Следить в темноте одновременно за картой и дорожными знаками оказалось трудно. Я то и дела теряла дорогу.
– Налево или направо?
– спросила Крис.
– Не знаю, - сказала я.
– Или туда, или сюда.
Она рассмеялась. Тони это никогда не смешило.
Мы свернули налево, и дорога быстро превратилась в тропу, изрытую колеями, а потом и вовсе затерялась в поле. Развернуться не было ни малейшей возможности. Крис попробовала дать задний ход, но ничего путного из этого не вышло.
– Вот черт, - сказала она.
Она ехала по тропе слишком быстро. Машина подпрыгивала на кочках и рытвинах. Я со всех сил уперлась руками в приборную доску.
– Ты слишком быстро едешь, - сказала я
ей.
– Не нравится - вылезай, - ответила она.
Машина накренилась, наткнувшись на насыпь. Раздался стук, за ним последовал жуткий скрип: машина боком ударилась о каменную стену.
– Вот дьявол, - сказала Крис.
– Ну теперь-то что?
Она заглушила мотор и пошла проверять повреждения, нежно, словно ушибленное место, трогая поцарапанный металл. Бок машины украшали длинные белые царапины.
– Я поведу, - сказала я.
– Ага, значит, это мы раньше делали, - сварливо сказала Крис и без сил облокотилась на капот.
– Я просто жутко устала, вот в чем беда.
Беда была в том, что она слишком много выпила, но я смолчала. Я и сама выпила не меньше, но от холодного воздуха в голове у меня прояснилось, а утрата сумочки сделала меня легкой, почти бестелесной. Я была одета во все черное, у меня не было ровным счетом никакого имущества, никаких обязательств. Я была частью окружающей темноты.
– Разреши мне сесть за руль, - сказала я.
Я никогда не водила машину с левосторонним управлением, и ощущение было довольно странное. Приходилось задумываться над каждым движением.
Крайне осторожно доехала я до конца тропы и повернула налево.






