ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Помолвка, Автор - Робинсон Сьюзен, , Жанр - Исторические любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Помолвка Робинсон Сьюзен Помолвка, Автор - Робинсон Сьюзен, , Жанр - Исторические любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. 1 Холмистая местность Техаса, 1860 год Ник Росс выжил в зловонных трущобах Уайтчепела , выжил и в страшных лабиринтах Сент-Джайлза, но август в Техасе мог оказаться для него последним. Он пустил свою лошадь по тропинке вдоль реки Гваделупа и вытер пот с лица цветным шейным платком. Даже густые кроны высоких кипарисов, дубов и раскидистых кедров не спасали от духоты. Воздух был таким горячим и влажным, что ему казалось, будто он скачет через кипящий бульон. Вверху парил ястреб. Крылья его казались черными на фоне зеленовато-голубого неба. Ник находился в Техасе чуть больше года. Приехав по приглашению своего самого близкого друга Джоселина Маршала, он освоил способы выживания на пограничной полосе, научился ездить в техасском седле с высокой лукой и широкими щитками, научился пользоваться лассо и ловить им скот, не слетая при этом с лошади. Работать на ранчо было очень тяжело — долгие часы грязного и утомительного труда на жаре и среди вони, но все это не шло ни в какое сравнение с теми ужасами, что еще подростком пережил Ник в Ист-Энде, этой гноящейся ране Лондона. Там он увертывался от кулаков своего отца, рылся в мусорных урнах в поисках пищи и позднее шарил по чужим

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он подтянул ее к себе за руки, вынырнул и привлек к себе, стараясь не задеть ее заживающей раны. Он с силой оттолкнулся от дна, и они оказались у лестницы, спускающейся в воду. Он оперся коленями о нижнюю ступеньку, Джорджиану посадил на ту, что повыше, и устремился к ней, в то время как она еще крепче обхватила ногами его бедра. Джорджиана напряглась и приподняла свои бедра. Ник чувствовал, как вода вспенивается вокруг него, когда он резким движением пытался проникнуть в ее упругое податливое тело.

Руки его нащупали ее чувствительные места, губы его последовали за ними и начали ласкать их, в то время как голова его снова оказалась под водой. Ее рука нашла его, сжала и потянула к себе. Он ответил на ее зов и стремительно вошел в ее горячую, изнемогающую плоть.

Он чувствовал только ее тело, окутавшее его, и воду, колышущуюся вокруг них все быстрее и быстрее. Из бассейна выплеснулись большие волны

и растеклись по мраморному полу. Они покрывались пеной, по мере того как их движения становились все более неистовыми. Когда Джорджиана издала слабый крик, он изогнул спину в последнем отчаянном движении и тоже закричал. Когда они достигли удовлетворения, он прильнул к ее рту своими губами. Она обвила рукой его шею; он стоял в воде, продолжая с силой прижимать ее бедра к своим.

Придя в себя, он крепко взял ее за руки, лег на спину и поплыл, держа ее над собой. Они еще долго оставались в воде — неразделимая плоть, парящая в смутной золотой дымке удовлетворенности.

Джорджиана просунула руки в рукава корсажа и повернулась, чтобы Ник застегнул многочисленные пуговицы на спине. Тело ее все еще горело после любовных утех, на ее руках и груди по-прежнему были видны красные пятна. Ник застегнул последнюю пуговицу, приблизился к ней и поцеловал ее обнаженное плечо. Выйдя из состояния блаженной безмятежности, она ощутила тепло его губ и погрузилась в океан чувственности, из глубин которого ее позвал его голос:

— Ты уверена, голубка, что это то, что тебе нужно?

— Я запрещаю тебе задавать мне этот вопрос теперь, когда ты сам так умело доказал, что точно знаешь, что

тебе нужно.

— Просто я не уверен, что ты до конца представляешь возможные последствия нашего брака.

Она повернулась, обвила руками его шею, встала на цыпочки и поцеловала.

— О Господи! Неужели мне придется отказаться от удовольствий светского сезона, от всех этих замечательных балов, к которым я так привыкла? — Она приложила руки к своим щекам в притворном ужасе. — Боже! Неужели мне придется отказаться от визитов и глупых разговоров? Как же я буду жить без них?

— Посмотрим, как ты заговоришь, когда это произойдет.

— Ах, да ну его, этот свет! У нас с тобой нет ни времени, ни интереса к балам, визитам и

прочей чепухе.