ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Начало, Автор - Круз Андрей, Серия - Эпоха мертвых [1], , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Начало Круз Андрей Начало, Автор - Круз Андрей, Серия - Эпоха мертвых [1], , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Пролог Этот весенний день ничем не отличался от других. Середина марта, самое начало весны. Разве что весна была необычно тёплой, и снег, и без того не слишком обильный, совсем стаял. Ещё не зазеленевшие газоны расплылись грязью, лужи растеклись по тротуарам от бордюра до бордюра, вынуждая прохожих искать обходные пути, но весна пришла, она витала в воздухе, и люди, уставшие от мерзкой в последние годы московской зимы, ждали тепла. В общем, весна как весна — предчувствие лучшего, обновление жизни. Отличался этот день лишь одним: он стал последним в череде неспешного течения себе подобных. Ещё никто ничего не знал, ещё ехали машины по улицам города, ещё спешили люди по своим делам. Ещё даже ничего не успело случиться, но всё сущее, весь мировой уклад жизни уже начал разгоняться под гору, к тому последнему трамплину, откуда лишь один путь — во тьму. К Смерти. Сёстры Дегтярёвы 19 марта, понедельник, день Старшую сестру звали Ксенией, ей было девятнадцать. Высокая, темноволосая и темноглазая, она не была похожа ни на мать, ни на отца, зато удивительно напоминала портреты своей прабабки по материнской линии, актрисы театра Станиславского, игравшей почти все главные роли

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он смиренно отвечал на вопросы прибывшего милицейского следователя, но при этом хотел лишь одного — тишины и темноты. Следователь расположился со своей папкой прямо во дворе, на капоте милицейского «уазика», который всё же сумели запустить внутрь, где и допрашивал всех, бывших на территории института. Когда он закончил с Николаем, тот вздохнул с облегчением и пошёл в здание. Делать в здании ему было нечего, но там было совсем темно.

Николай поднялся на второй этаж и столкнулся с Дегтярёвым, который спускался по лестнице вниз, подсвечивая себе фонариком. Дегтярёв остановил Николая, придержав его за рукав:

— Коля, я вот о чём хотел вас спросить… а что у вас с рукой?

— Порезался стеклом, — отмахнулся Минаев.

— Никто не укусил? — чуть нахмурясь, уточнил Дегтярёв.

— Нет, что вы, — вполне правдоподобно изобразил удивление Николай.

Дегтярёв кивнул и пошёл дальше. Николай чувствовал, что он допускает страшную ошибку, может быть, даже самую большую в своей жизни. Он был достаточно сообразителен, чтобы связать своё плохое самочувствие с укусом бешеной обезьяны, но желание тишины, покоя и темноты было настолько сильным и всеобъёмлющим, что ему проще было соврать. Только бы спрятаться куда-нибудь, неважно, что случится потом. Хоть смерть, но сейчас он должен был отдохнуть.

Открыв дверь одного из кабинетов, в котором обычно квартировал Джеймс Биллитон, когда

находился в Москве, Минаев прошёл внутрь, закрыв за собой дверь, сел за стол, во вращающееся широкое кресло. Но туда падал свет из окна, и Минаеву он мешал. Тогда он перебрался в угол кабинета, куда не попадал ни один луч света, и улёгся прямо на пол, на ковровое покрытие, свернувшись калачиком. Как ни странно, в такой позе зародыша он почувствовал себя лучше. Голова закружилась даже сильнее, но головокружение не было неприятным, скорее наоборот, каким-то плавным и убаюкивающим.

Николай прикрыл глаза и почувствовал, как приятное онемение охватывает всё его тело, и он даже не чувствует под собой жёсткого пола, а как будто плывёт куда-то в полной невесомости. Тошнота тоже начала уходить, и её место занимала блаженная дрёма. Очень хотелось спать, и появилось ощущение безопасности. Николай нашёл то место, где наконец ему станет спокойно и удобно и никакой свет ему уже не помешает. В какой-то момент он вдруг понял, что умирает, но затем эта мысль показалась ему нелепой — умирать должно быть неприятно, а сейчас ему стало по-настоящему хорошо.

И

так он лежал, тихо-тихо, и вскоре сознание оставило его навсегда, а за ним ушла и сама жизнь. Остывающее тело неподвижно лежало на полу, до тех пор, пока дверь не открылась и кто-то не вошёл в тёмный кабинет.